Читаем Менжинский полностью

Весной и летом 1921 года Советская власть наносит сокрушительные удары по кадетско-эсеровской агентуре, по савинковским бандам. Красная Армия подавила кронштадтский и антоновский мятежи и разгромила вооруженные петлюровские банды и банды Булак-Балаховича, прорвавшиеся через границу. В последних числах мая органы ВЧК ликвидировали савинковскую организацию, действовавшую в западных и северо-западных областях. В руки чекистов попали многие доверенные агенты Савинкова, в том числе меньшевик Марк Зарх, савинковский меняла, обменивавший иностранные деньги на русские всем бандитским организациям.

В стан антоновцев под видом «члена ЦК левых эсеров Петровича» был заброшен ныне здравствующий чекист Е. Ф. Муравьев, который действительно был когда-то эсером. Ему удалось доставить в Москву целую группу видных антоновцев. Один из них, Эктов, разочаровавшийся в движении, перешел на сторону Советской власти и содействовал во многом ликвидации мятежа.

Весной и летом ВЧК разгромила так называемый «Заговор Таганцева» в Петрограде, объединявший кадетские, меньшевистские, эсеровские и савинковские организации «Боевой комитет», «Союз освобождения», «Народный комитет восстания», «Петроградская боевая организация».

Следствие но делу заговорщиков показало, что они поддерживали связь с савинковскими агентами, английской, французской и американской разведывательными службами в Финляндии, что они готовили государственный переворот в стране под лозунгом «Свободных перевыборов Советов». Это был перелицованный милюковский лозунг «Советы без коммунистов», которым эсеровским проходимцам удалось увлечь одураченных кронштадтских матросов.

Части и подразделения Красной Армии, выделенные на охрану государственной границы вместе с органами Особого отдела, прочно закрыли для савинковских агентов западную границу.

Пограничники Сибири под руководством бывшего партизана, начальника Сибирского пограничного округа Щетинкина помогли монгольскому народу разгромить банды барона Унгерна и стать на путь некапиталистического развития.

Пограничные войска нанесли удар по контрабандистам, подрывавшим монополию внешней торговли. Только с 1 июля 1921 по 30 июня 1922 года на границе было задержано 14 тысяч контрабандистов.

Борьба с вражеской агентурой, с савинковщиной и петлюровщиной, напряженная работа по укреплению пограничных войск поглощала Менжинского целиком. Личной жизни, заботе о здоровье он, по свидетельству современников, уделял «мало времени и внимания». Между тем два года напряженной работы в Особом отделе ВЧК, а до этого не менее напряженная работа на Украине и в Берлине подорвали здоровье Менжинского. Истощенный утомительной многочасовой работой без отдыха не только днем, но и ночью, частым недоеданием, организм не выдержал, и летом 1921 года Менжинский заболел. На ухудшении его здоровья сказалась и физическая травма, полученная в автомобильной аварии в Париже еще в 1909 году. Старшая сестра Менжинского Вера Рудольфовна не раз отмечала, что напряженной работой Вячеслав Рудольфович «доводил себя до полного истощения». Так случилось и летом голодного 1921 года. Только вмешательство Ленина заставило Менжинского заняться лечением.

Ленин, узнав от Уншлихта о болезни Менжинского, написал 7 июля 1921 года секретарю ЦК РКП (б) следующее письмо:

«По разговору с Уншлихтом предлагаю ЦК постановить:

обязать т. Менжинского взять отпуск и отдохнуть немедленно впредь до письменного удостоверения врачей о здоровье. До тех вор приезжать не больше 2–3 раз в неделю на 2–3 часа,

Ленин.»[28]

Ленин не случайно предложил принять постановление ЦК в столь категоричной форме. Он знал страстную, революционную натуру Менжинского, которого от работы могли удержать не врачи, а партийная дисциплина. Правоту Ленина в этом отношении подтверждает следующий факт. В начале 1922 года, заполняя личный листок члена партии, Менжинский в графе «Состояние здоровья» написал: «Физические недостатки — глуховат и не могу выступать публично из-за травматического невроза. — И добавил: — К нелегальной работе препятствием служить не может».

В этой последней строчке, которую он счел нужным добавить, — весь Менжинский.

Менжинский был отзывчив на чужую беду и был ютов сделать все, чтобы помочь товарищу. Алексей Максимович Горький, приехав в Москву, обратился к Вячеславу Рудольфовичу с просьбой помочь ему в работе Экспертной комиссии, созданной Советом Труда и Обороны в июне 1921 года для отбора произведений для заграничного издательства. Менжинский обещал Горькому свою помощь и немедленно принял меры к ее осуществлению. Горький, будучи у Ленина, рассказал ему об этом разговоре с Менжинским. Ленин на следующий день, 24 июня, написал Менжинскому резкое письмо, требуя помочь Горькому.

«Горький, — писал Ленин Менжинскому, — был вчера у меня и говорил, что Вы обещали ему помочь по делу, кажется об Экспертной комиссии.

Просит 2 автомобиля.

Неужели Вы не имеете власти, чтобы такую мелочь дать ему от Петрогубчека?

Если не можете, напишите мне тотчас, я попрошу Склянского.