Читаем Менялы полностью

– Кассы-автоматы сконструированы как крепости, со всеми известными человечеству системами сигнализации. А посредством телесканеров – по одному в каждом отделении – за ситуацией следят в контрольном центре в городе. Самая насущная проблема для нас не безопасность, а как приучить клиентов к нововведениям.

– Похоже, – заметила мисс Пикок, – что кое-кто уже приучился.

Хотя было ещё рано – 9.30 утра, в маленьком банке уже стояло с десяток человек и приходили все новые. В основном женщины.

– Исследования показывают, – сказал Алекс, – что женщины быстрее воспринимают изменения в торговле, вот почему, наверное, магазины вечно что-то придумывают. Мужчины же воспринимают все медленнее, но в конце концов женщины перетягивают их на свою сторону.

Перед кассами-автоматами выстроились небольшие очереди, но задержек почти не было. Операции производились очень быстро, как только клиент вставлял пластиковую карточку и набирал на кнопках несложную комбинацию цифр. Кто-то клал на свой счет наличные или чеки, другие снимали деньги. Человека два зашли заплатить за банковскую карточку или по счету за коммунальные услуги. В зависимости от операции машина проглатывала бумагу и банкноты или выплевывала их с молниеносной быстротой.

Мисс Пикок указала на кассы-автоматы:

– Люди научились пользоваться ими быстрее или медленнее, чем вы ожидали?

– Гораздо быстрее. Нужно приложить усилия, чтобы уговорить людей пользоваться машиной в первый раз. А стоит попробовать, как они приходят в восторг, и это начинает им нравиться.

– Всегда говорят, что люди предпочитают иметь дело с людьми, а не с механизмами. Почему же в банковском деле отходят от этого правила?

– В том исследовании, о котором я упоминал, сказано, что это объясняется желанием сохранить тайну.

* * *

«И тайна действительно сохраняется, – признавала Джилл Пикок в статье, опубликованной под её именем в воскресном выпуске газеты, – причем не только этими кассами.

Сидя одна в той же денежной лавке напротив телекамеры с экраном, я открыла счет и договорилась о ссуде.

В другие разы, когда я брала в банке ссуды, я чувствовала неловкость. А на этот раз не чувствовала, так как на меня смотрело с экрана мужское лицо – без тела и имени, – обладатель которого находился на расстоянии многих миль…»

* * *

– Точности ради – семнадцати миль, – сказал Алекс. – Служащий банка, с которым вы разговаривали, находится на контрольном пульте в нашем главном здании в центре города. Оттуда и он и другие могут связаться с любым отделением банка, снабженным телекамерой.

Мисс Пикок задумалась.

– А как все-таки быстро меняется банковское дело?

– В техническом отношении мы развиваемся быстрее, чем аэрокосмическая индустрия. То, что вы здесь видите, – наиболее важное изобретение с момента внедрения чековых книжек, и менее чем за десять лет основная часть банковских операций будет совершаться таким образом.

– Ну а живые кассиры все же останутся?

– Еще какое-то время, но в целом этот вид исчезнет быстро. Довольно скоро само представление о том, что должен быть человек, который пересчитывал бы деньги, затем вручал бы их вам через стойку, станет таким же допотопным – таким же старомодным, – как и продавцы, которые раньше взвешивали нам сахар, персики и масло, затем укладывали их в бумажные пакеты.

– Это довольно грустно, – заключила мисс Пикок.

– Прогресс часто бывает грустным.

* * *

«После этого я наугад спросила нескольких человек, как им нравятся новые денежные лавки. Все без исключения в восторге от них.

– Судя по тому, что ими пользуется много людей, это мнение широко распространилось, как и их популярность, – сказал мне мистер Вандерворт, – и это способствует открытию долгосрочных вкладов…»

* * *

Способствовали ли денежные лавки открытию долгосрочных вкладов – или наоборот, так до конца и не стало ясно. Зато было ясно, что количество долгосрочных вкладов оправдало самые оптимистические расчеты «ФМА» и с феноменальной скоростью превзошло все ожидания.

– Было такое впечатление, – заметил Алекс в разговоре с Марго Брэкен, – что время, выбранное «Ферст меркантайл Америкен» для своей кампании, поразительным образом совпало с настроением людей.

– Прекрати хорохориться и пей свой апельсиновый сок, – сказала ему Марго.

Алексу приятно было встретить воскресное утро в квартире Марго. Все ещё в пижаме, он читал первый раз очерк Джилл Пикок в «Сандей таймс реджистер», в то время как Марго готовила на завтрак яичницу по-бенедиктински.

Алекс продолжал сиять, пока они ели. Марго, в свою очередь, прочла статью в «Таймс реджистер» и снисходительно заметила:

– Неплохо, – затем перегнулась и поцеловала Алекса, – я рада за тебя.

– Эта реклама получше той, что ты принесла мне, Брэкен.

– Никогда ведь не знаешь, как оно повернется, – небрежно заметила она. – Пресса дает, и пресса отбирает. Завтра ты и твой банк могут стать предметом критики.

Он вздохнул:

– Ты так часто бываешь права.

Но на этот раз она ошибалась.