Читаем Менялы полностью

«По правде говоря, процент по этой ссуде чересчур мал, и будет очень сложно создать компенсированный баланс. Но ввиду того, что Большой Джордж подключил нас к делам „Супранэшнл“, я думаю, мы поступим мудро, если на это пойдем.

Я рекомендую дать ссуду. Вы согласны?»

Джером Паттертон отослал письмо обратно с лаконичным «да», написанным карандашом рядом с последним вопросом. Зная Паттертона, Хейворд не сомневался, что он лишь мельком проглядел бумагу.

Хейворд не считал нужным вовлекать в это дело Алекса Вандерворта, к тому же ссуда не была такой уж большой и для неё не требовалось одобрения комитета по денежной политике. Таким образом, через несколько дней Роско Хейворд лично её одобрил, подписав необходимые бумаги, на что он имел полное право.

А вот на что он не имел права – и никого не поставил об этом в известность – это на личную сделку с Джи. Джи. Куотермейном.

Во время их второго разговора насчет «Кью-Инвестментс» Большой Джордж, звонивший из чикагского отделения «СуНатКо», сказал:

– Мы говорили с Харольдом Остином о тебе, Роско. Мы оба считаем, что настало время и тебе присоединиться к нашей инвестиционной группе. Мне хочется, чтобы ты был с нами. Поэтому я выделил тебе две тысячи акций, которые, будем считать, уже оплачены. Это сертификаты на предъявителя без указания фамилии – так будет более безопасно. Я велю послать их почтой.

Хейворд засомневался.

– Спасибо, Джордж, но не думаю, что мне следует на это соглашаться.

– Ради всего святого, почему?

– Это будет не этично.

Большой Джордж расхохотался:

– Это реальный мир, Роско. Подобное происходит между клиентами и банкирами постоянно. Ты это знаешь. Я это знаю.

Да, Хейворд знал, что такое случается, но не «постоянно», как утверждал Большой Джордж, и сам Хейворд никогда в таких делах не участвовал.

Не давая ему сказать, Куотермейн продолжал настаивать:

– Слушай, приятель, не будь дураком. И если тебе так больше нравится, давай скажем, что эти акции – тебе в благодарность за совет по вложениям.

Но Хейворд знал, что не давал никакого совета по вложениям – ни тогда, ни впоследствии.

Спустя два дня сертификаты акций «Кью-Инвестментс» прибыли авиапочтой в заказном письме с хитрыми печатями и пометкой «Сугубо лично и конфиденциально». Даже Дора Каллаган его не вскрыла.

Вечером того же дня, изучая приложенную Большим Джорджем сводку о финансовом положении «Кью-Инвестментс», Хейворд понял, что принадлежащие ему две тысячи акций номинально стоят по двадцать тысяч долларов. Со временем, если «Кью-Инвестментс» начнет приносить прибыль или её акции пойдут в продажу, стоимость их значительно возрастет.

В этот момент Хейворд решительно хотел вернуть акции Джи. Джи. Куотермейну; затем, поразмыслив над своим ненадежным финансовым положением – а состояние его дел за последние несколько месяцев ничуть не улучшилось, – он заколебался. В конце концов он поддался искушению и через два-три дня спрятал сертификаты в свой сейф в главном отделении «ФМА». Он же не отобрал у банка деньги, рассуждал Хейворд. Нет, не отобрал. На самом деле из-за сделки с «Супранэшнл» все обстояло как раз наоборот. Так если Большой Джордж решил сделать дружеский подарок, то зачем проявлять неблагодарность, отвергая его?

Но то, что он его принял, по-прежнему немного беспокоило Хейворда, в особенности после того, как Большой Джордж позвонил ему в конце прошлой недели – на этот раз из Амстердама – и попросил дополнительно полмиллиона долларов для «Кью-Инвестментс».

– У нашей группы «Кью» возник уникальный шанс приобрести здесь, в стране гульденов, блок акций, которые наверняка пойдут на повышение. По простому телефону не могу много рассказывать, Роско, так что доверься мне.

– Я, конечно, верю, Джордж, – ответил Роско, – но банку нужны подробности.

– Получишь их завтра с посыльным. – И Большой Джордж подчеркнуто добавил:

– И помни, ты теперь один из нас.

Во второй раз Хейворду стало ненадолго не по себе: похоже, Джи. Джи. Куотермейн уделяет больше внимания собственным вкладам, чем руководству «Супранэшнл». Но новости следующего дня разубедили его. «Уолл-стрит джорнэл» и другие газеты поместили на видном месте заметки о проведенном Куотермейном захвате через «СуНатКо» промышленных компаний в Европе. Это был переворот в экономике, в результате которого акции «Супранэшнл» подскочили на биржах Лондона и Нью-Йорка, что делало тем более разумным предоставление «ФМА» ссуды промышленному гиганту.

Как только Хейворд вошел в свою приемную, миссис Каллаган одарила его своей обычной, исполненной достоинства улыбкой.

– Остальные бумаги у вас на столе, сэр.

Он кивнул, но, войдя в кабинет, отодвинул кипу в сторону. Его одолевали сомнения по поводу уже подготовленных, но ещё не одобренных бумаг о дополнительной ссуде «Кью-Инвестментс». Однако отбросив и их, он набрал по городскому телефону номер рая.

* * *