Читаем Менялы полностью

Тотенхо пригласил Майлза Истина, и они вдвоем перепроверили кассу в присутствии Хуаниты Нуньес. Все оказалось именно так, как она говорила.

Тогда Тотенхо позвонил Эдвине.

– Итак, мы вернулись к тому, с чего начали, – сказала Эдвина. – Ни у кого не возникло новых идей?

– Если Хуанита не возражает, я бы хотел задать ей несколько вопросов, – вызвался Майлз Истин. Эдвина кивнула.

– Постарайтесь припомнить, Хуанита, – начал Истин, – в течение дня вы ни с кем из кассиров не производили «ДО»?

Все трое знали, что «ДО» – это денежный обмен. Зачастую у дежурного кассира заканчивались банкноты или монеты какого-то одного достоинства, и если это случалось в горячую пору, то, вместо того чтобы идти в хранилище, кассиры выручали друг друга, «покупая» и «продавая» деньги.

– Нет, – ответила девушка. – Сегодня нет. Никаких обменов.

– В течение дня никто из служащих не мог оказаться около вашей кассы, – продолжал доискиваться Майлз Истин, – и позаимствовать некоторую сумму?

– Нет.

– Хуанита, за сколько времени до того, как вы обратились ко мне, вы обнаружили недостачу?

– За несколько минут.

– К этому моменту, – вмешалась Эдвина, – сколько времени прошло после вашего обеденного перерыва, миссис Нуньес?

На сей раз девушка усомнилась.

– Минут двадцать.

– Давайте попробуем вспомнить, не произошло ли что-нибудь до перерыва на обед, – предложила Эдвина. – Вы не допускаете, что деньги могли пропасть тогда?

Хуанита Нуньес отрицательно помотала головой.

– Почему вы в этом уверены?

– Знаю.

Эдвину начали раздражать беспомощные, односложные ответы девицы. Как и её хмурая недоброжелательность, переходившая в откровенную враждебность.

Тотенхо повторил ключевой вопрос:

– Почему после обеда вы наверняка знали не только то, что пропали деньги, но и сколько именно? Девушка вызывающе на него посмотрела:

– Знала.

Остальные недоверчиво молчали.

– А вы, случайно, не могли по ошибке выплатить эти шесть тысяч долларов клиенту?

– Нет.

– Прежде чем уйти на обед, Хуанита, – спросил Майлз Истин, – вы отвезли кассу в хранилище и установили цифровой замок. Верно?

– Да.

– Вы уверены, что не забыли насчет замка? Девушка утвердительно кивнула.

– А замок исполнительного директора был заперт?

– Нет, открыт.

Что тоже было в порядке вещей.

– Когда вы вернулись с обеда, ваша касса по-прежнему находилась в хранилище и была заперта?

– Да.

– Вашу цифровую комбинацию никто, кроме вас, не знает? Вы её никогда никому не давали?

– Нет.

На какое-то время поток вопросов прекратился. По-видимому, каждый из присутствующих прокручивал про себя порядок действий в хранилище.

Касса, о которой говорил Майлз Истин, представляла собой портативный сейф, установленный на подставке с колесиками, он был достаточно легким, для того чтобы его можно было без труда перемещать с места на место. За каждым кассиром была закреплена определенная касса с отчетливо проставленным номером. Несколько запасных касс предназначалось для особых случаев. Одной из них сегодня пользовался Майлз Истин.

При ввозе и вывозе из хранилища каждая касса регистрировалась старшим кассиром хранилища. Избежать этой процедуры было невозможно, как невозможно было – преднамеренно или по ошибке – взять чужую кассу. На ночь и на выходные массивная дверь в хранилище опечатывалась надежнее, чем гробница фараона.

На каждой кассе было установлено два особых цифровых замка. Один – для кассира, второй – для исполнительного директора или его помощника. Таким образом, по утрам касса открывалась в присутствии двух человек – кассира и исполнительного директора.

Каждый кассир должен был помнить и держать в секрете свою цифровую комбинацию, которую можно было изменить по его первому желанию. Цифровая комбинация кассира хранилась в специальном сейфе – в запечатанном конверте с двумя подписями, что было единственным письменным свидетельством. Печать на конверте можно было вскрыть лишь в случае болезни, смерти или увольнения кассира.

Современная касса отличалась ещё одной особенностью – в неё была вмонтирована система сигнализации. Когда касса устанавливалась у стойки, то через электрическую сеть подключалась к внутренней системе связи. Предупредительная кнопка находилась внутри, под стопкой банкнот, так называемой «приманкой».

По инструкции кассиры не имели права использовать «приманку» для обычных денежных операций, однако в случае налета должны были в первую очередь избавиться от этих денег. Как только деньги были убраны с кнопки, автоматически приходила в действие система бесшумной сигнализации и поднимала на ноги службу безопасности банка и полицию, которая обычно оказывалась на месте через несколько минут; кроме того, сразу включались скрытые камеры. Фиксировались серийные номера «приманки», с тем чтобы потом их можно было использовать в качестве улики.

– «Приманка» на месте? – осведомилась Эдвина у Тотенхо.

– Да, – ответил тот, – «приманка» цела. Я проверил.

«Значит, нет никакой надежды ухватиться за эту ниточку», – подумала Эдвина.

Вновь заговорил Майлз Истин:

– Хуанита, может быть, вы все же припомните кого-нибудь, кто бы мог взять деньги из вашей кассы?