Читаем Меняла полностью

Работа оказалась не простой, но в конце концов нам все же удалось извлечь нужный том из стопки, не потревожив наслоения пыли на других книгах. Я сел за стол и принялся изучать добычу. Буквы с изящными завитушками, красиво выписанные каким-то эльфом, разбирать оказалось с непривычки трудновато. Эльфы стремились к совершенству во всем, даже при составлении отчетов о расходах княжеской казны… Мы, люди, более рациональны. Наконец я добрался до интересующего меня периода. Точно!

– Точно! Эрствин, погляди!

* * *

Распрощавшись с Ральком, я отправился в Ренприст. На входе в город я, как обычно, заплатил монетку и под звон моего медяка о дно кружки привратника шагнул в ворота. Я с трудом узнавал город. Мне казалось, что все вокруг изменилось, но в то же время все и осталось прежним. Странное чувство. Еще мне казалось, что все смотрят на меня, что, стоит мне пройти, как люди оборачиваются и указывают друг другу на меня, шепчут: “Вот он, тот солдат. Вот он вернулся, а весь его отряд погиб в горах Фенады”… Нет, конечно, это было только мое воображение, на самом деле никому не было дела до солдата, вернувшегося домой… Вернувшегося домой без семьи. И уж точно не было до меня дела добрым жителям славного Ренприста…

Ральк прослужил в отряде несколько лет, а я – меньше одного сезона, я не успел сродниться, полностью стать членом семьи. Поэтому, должно быть, я несколько легче воспринял гибель отряда. Но в “Очень старом солдате” к подобным вещам относились серьезно. Прежде всего, я, разумеется, обратился к Энгеру, управляющему. Как это было заведено, я отдал ему свои сбережения, равно как и кое-какое барахло. Кое-какие мелочи я тоже оставил на хранение Энгеру. Ничего существенного, костыль Роди и кое-что из его снаряжения – на память о моем славном сержанте. Касса управляющего “Очень старого солдата” – самый надежный банк в Мире. Мастер Энгер взглянул на меня исподлобья, затем повернул голову и выразительно покосился на подручных, которые мялись рядом, ожидая приказаний. Те, кивнув, мгновенно скрылись – их начальник хотел сказать мне что-то наедине. Дело было утром, посетителей в кабаке почти не было и управляющий не спешил. Откашлявшись, он снова оглядел меня с ног до головы и начал издалека:

– Как получил отметины, солдат?

Мои шрамы были едва заметны после лечения, но Энгер, сам покрытый рубцами инвалид, наверняка хорошо разбирался в таких вещах.

– Гном, – кротко ответил я.

– В этом походе?

– Да.

– Как вышло, что ты выжил с такими зарубками? И кто их разгладил? Если не хочешь, можешь не отвечать.

– Мне нечего скрывать. Мы изловили гномов. Одного взяли, но он успел меня и еще двоих наших… Капитан оставил нас в Дермаде, это город на северо-востоке…

– Я знаю.