Читаем Мемуары полностью

Этот город нисколько не больше и не лучше Мираду, но так как граф Аркур находился на том берегу Гаронны и мог через нее переправиться лишь в месте, именуемом Овиллар, Принц, свободно распоряжаясь другой частью этого края, расквартировал свои войска не кучно, а порознь. При этом он исходил из того, что совершенно достаточно расположить кое-какие части близ Овиллара и отдать приказ о постоянном отряжении дозоров в его направлении, дабы знать обо всем, что намерены предпринять враги. Но вновь набранные войска и нерадивые офицеры обычно выполняют отданные им приказы совсем не так, как это делают надежные и привычные к войне люди. Так и этот приказ, которого было совершенно достаточно, чтобы оградить от опасности лагерь, был так дурно исполнен, что Принц оказался под угрозою позорно попасться врасплох и потерпеть поражение, ибо из всех отряженных дозоров ни один не выполнил, как должно, отданного ему приказания, и вместо того чтобы собирать сведения о графе Аркуре, все они занялись грабежом окрестных деревень. Итак, граф Аркур переправился через реку, прошел в боевых порядках между квартирами Принца и приблизился к нему на расстояние четверти лье, и притом таким образом, что никто не поднял тревоги и ни о чем его не оповестил. Наконец, когда отброшенные врагом солдаты принесли ему эту весть с обычной в таких случаях сбивчивостью, он вскочил на коня и, сопровождаемый герцогом Ларошфуко, графом Марсеном и маркизом Монтеспаном, двинулся выяснить намерения неприятеля, но, не сделав и пятисот шагов, увидел его эскадроны, отделявшиеся от основных сил для нападения на его квартиры и уже пришедшие в движение, чтобы кинуться на него. В этом отчаянном положении ему только и оставалось, что направить гонцов с распоряжением кавалеристам, размещенным в самых дальних квартирах, без промедления сесть на коней и выступить на соединение с его стоявшей лагерем у Стаффора пехотою, которой он приказал выступить к Буе, чтобы оттуда переправиться на судах через Гаронну и затем отступить в Ажен. Все свои обозы он отослал в порт Сент-Мари, а в Стаффоре оставил капитана с шестьюдесятью мушкетерами и двенадцатифунтовым орудием, которое не мог увезти. Этим столь благоприятным для него обстоятельством граф Аркур воспользовался не лучше, чем теми, что могли доставить ему успех у Тонне-Шаранта и Сент-Андра. Ибо, вместо того чтобы преследовать Принца и напасть на него в сумятице отступления без прикрывающей кавалерии и к тому же во время вынужденной переправы через Гаронну, предпринятой, чтобы выйти из-под удара, граф задержался для окружения и захвата наиболее близкой к Стаффору войсковой квартиры противника в месте, именуемом Перген, где стояло триста или четыреста конных гвардейцев Принца и его генералов. Таким образом, граф Аркур подарил Принцу двенадцать или тринадцать часов, б_о_льшую часть которых тот провел в Буе, переправляя свои войска через реку в полнейшем беспорядке и с невероятными трудностями и все время под угрозою быть разбитым наголову в случае нападения неприятеля.

Немного спустя после прибытия Принца со всею его пехотой в Ажен, на другом берегу реки было замечено несколько кавалерийских отрядов, выскочивших вперед с целью захвата обозов, подготовленных к переправе через реку, но они встретили сильный отпор от шестидесяти всадников Монтеспана, которые своим сопротивлением дали время подойти лодкам с мушкетерами, вынудившими врагов отступить. В тот же день Принцу стало известно, что его кавалерия прибыла в Сент-Мари, ни разу не вступив в бой и не растеряв своего снаряжения, а также что его гвардейцы все еще обороняются в Пергене и прийти им на выручку, по-видимому, нет ни малейшей возможности. И действительно, на следующий день они сдались в плен, и это все, что граф Аркур извлек для себя из обстоятельств, в которых его счастливая звезда и небрежность войск Принца едва не дали ему возможности одержать сокрушительную победу.

VI

(март-октябрь 1652)