Читаем Мемуары полностью

Когда через несколько часов дождь несколько утих, земля настолько размякла, что об отъезде нечего было и помышлять. Меня трясло от мысли, что нам предстоит находиться здесь отрезанными от внешнего мира. Провианта хватит еще на несколько недель, но лекарства заканчивались. Что случится, если кто-нибудь из нас заболеет? Ни одна самая мощная машина не сможет нас вывезти из Тадоро. К пребыванию в Африке в сезон дождей нужно готовиться самым тщательным образом. Необходима специальная одежда, которая не только предохраняет от огромного числа москитов, но и от змей, которых в этот период предостаточно. Против них у нуба нет защитных средств. Разрезы ножом, обычно применяемые в случае легких укусов, часто заканчиваются сильными кровотечениями. И вообще сезон дождей приносит с собой много страшного. Большие пространства земли затапливаются, и туземцы ходят по пояс в воде. Над местами, где слишком глубоко, они натягивают канаты, которые сами и плетут. Плавать они не умеют и вообще боятся воды. Многие тонут, особенно старики. С другой стороны, сезон дождей несет и хорошее: можно ловить рыбу, которая пережидает засуху, зарывшись в ил. В это время все растет быстрее. Пользуясь благоприятной ситуацией, нуба высаживают вокруг хижин арахис, бобы и кукурузу. Только так, вероятно, можно объяснить, как они выживают в засушливое время при бедной витаминами пище.

Дождь пока прекратился, но все еще было не ясно, когда мы сможем уехать. Земля стала слишком мокрой. Машину мы загрузили полностью, чтобы сразу же двинуться в путь. Но жара внезапно усилилась. И вновь возникла опасность, что пленки и продукты испортятся. Поэтому мы каждое утро вновь все выгружали и переносили в дома к нуба. Тяжелая и трудоемкая работа.

Даже нуба, которые искренне не желали с нами расставаться, советовали уехать. С тяжелым сердцем мы собрались в дорогу. Накануне вечером решили устроить небольшой праздник. Алипо намеревался доставить к столу двух коз и большое количество кур.

Настроение во время прощального праздника и у нас, и у нуба было соответствующее, поскольку никто из нас не знал, сумеем ли мы еще раз приехать, и все же торжество протекало весело и радостно. Пришло столько наших гостей, что вскоре не осталось ни одного свободного уголка. Не только мы с Хорстом дарили подарки, но и нуба принесли миски с земляными орехами и мариссой. Матери взяли с собой малышей. Мы не могли оторваться от увлекательного прослушивания магнитофонных записей песен и воспоминаний о праздниках ринговых боев.

Когда ушли последние гости, было уже поздно. Хорст и я смогли заснуть совсем ненадолго. Остальную ночь мы паковали вещи, одновременно думая, как лучше разделить по справедливости между нуба то, что останется здесь после нас. Ни у кого не должна возникнуть зависть. Каждая мелочь ими очень ценилась, каждый гвоздь или пустая консервная банка — все это они обожали, хотя и никогда не выпрашивали. Мы решили разделить пилы и другие инструменты, а также карманные батарейки, керосиновые лампы и канистры для воды, а заодно сахар и чай. Не менее востребованы были лекарства, бинты, мази, присыпка для ран, лейкопластыри, леденцы от кашля. Кроме того, после нас оставалось четыре хижины, четыре семьи принимали особое участие в их постройке — соответственно, каждая получила по соломенному домику.

Первым еще до восхода солнца появился Алипо, за ним Нату, Туками и Нотти. Еще не наступил день, как множество нуба собрались вокруг нашей машины. Они приходили с соседних гор, из Тоссари, Табаллы, Томелубы. Они выглядели спокойными, но печальными. Нату и Алипо взяли на себя распределение остающегося имущества. Споров не возникло. Мы с трудом пробили себе дорогу к «лендроверу».

Хорст осторожно вел внедорожник, вокруг собралось сотни нуба, бежавших следом. Каждому хотелось протянуть нам руку. Долго, очень долго бежали они рядом, и Хорст не осмеливался прибавить газу и уехать.

Чем дальше мы удалялись от Тадоро, тем становилось темнее небо. В любой момент новые потоки дождя могли сделать дальнейшую поездку невозможной. Но мысли о нуба, отвлекли меня. Несмотря на серьезные изменения, которые произошли с ними, моя привязанность к ним сохранилась. Увижу ли я их еще раз? Я так часто желала себе именно этого. Мы еще не покинули горы Нуба, а на меня уже напала тоска. Сразу же захотелось вернуться обратно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные шедевры знаменитых кинорежиссеров

Мемуары
Мемуары

«Мемуары» Лени Рифеншталь (1902–2003), впервые переводимые на русский язык, воистину, сенсационный памятник эпохи, запечатлевший время глазами одной из талантливейших женщин XX века. Танцовщица и актриса, работавшая в начале жизненного пути с известнейшими западными актерами, она прославилась в дальнейшем как блистательный мастер документального кино, едва ли не главный классик этого жанра. Такие ее фильмы, как «Триумф воли» (1935) и «Олимпия» (1936–1938), навсегда останутся грандиозными памятниками «большого стиля» тоталитарной эпохи. Высоко ценимая Гитлером, Рифеншталь близко знала и его окружение. Геббельс, Геринг, Гиммлер и другие бонзы Третьего рейха описаны ею живо, с обилием бытовых и даже интимных подробностей.В послевоенные годы Рифеншталь посвятила себя изучению жизни африканских племен и подводным съемкам океанической флоры и фауны. О своих экзотических увлечениях последних десятилетий она поведала во второй части книги.

Лени Рифеншталь

Биографии и Мемуары / Культурология / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное