Читаем Меликства Хамсы полностью

Оставив в Лори один батальон пехоты и 600 казаков, князь с остальными силами двинулся к Ахару – главному городу Карадага. По пути, в селении Насир-Абад, к нему явились посланцы хана Карадага, которые также заявили о своей покорности. Здесь встретило его и армянское духовенство Карадага вместе со своими меликами и танутэрами, которые также выразили свою покорность. Князь оставил их при себе, и 6-ого января они вместе отпраздновали под гром пушек Святое Рождество и Крещение Господне. Но когда русская армия покинула Персию, армяне жестоко поплатились за эту благосклонность.

7-ого января князь находился в 17 верстах от Ахара. Сюда к нему прибыли старейшины города и заявили о своей покорности. Князь не пошел далее Ахара и 9-ого числа того же месяца вернулся в Карабах.

Эта экспедиция была предпринята, как уже отмечалось, в самое суровое и опасное время года. Но имея при себе такого ловкого и смелого проводника, как Асри-бек, русские смогли избежать многих препятствий и неприятностей.

Эта экспедиция имела те последствия, что князю удалось устрашить соседние племена, а также собрать необходимые сведения о внутреннем положении Персии, которые были сообщены графу Дибичу (1), находившемуся тогда в Тифлисе. Экспедиция принесла и материальные выгоды: князь захватил огромную добычу. Часть этой добычи он распределил между армянскими добровольцами, которые ничего не получали от русского правительства, а остальную часть оставил для нужд русской армии. 2000 верблюдов были употреблены для перевозки тяжелой поклажи во время русско-персидской войны 1827 года.

Новая русско-персидская война началась весной 1827 года. Еще 17-ого марта генерал Ермолов поручил князю Мадатову командование отдельным отрядом и приказал подготовиться к весенней кампании. Недостаток войск он должен был восполнить добровольцами из Карабаха. Сбор добровольцев, среди которых большинство составляли армяне, был проведен князем в сжатые сроки.

Еще до прибытия к нему ожидаемых войск, князь Мадатов вместе с добровольцами и небольшим отрядом регулярных войск первым предпринял наступательные действия, 18-ого апреля он уже прибыл к Худапиринскому мосту, который на сей раз был полностью разрушен персами. По случаю весеннего разлива реки переправа оказалась невозможной. Около 5000 персов ожидали на противоположном берегу реки. Под их обстрелом сделано было мостовое укрепление. В первый же день удалось рассеять персидское войско и вступить на правый берег Ерасха. Но на этом закончилось участие князя Мадатова в русско-персидской войне 1827 года.

22-ого апреля было получено от генерала Паскевича указание о сдаче отряда князя Мадатова генерал-майору Панкратьеву (2).

Опечаленный, с разбитым сердцем возвратился князь в Карабах. Не останавливаясь в своем имении, он лишь издалека взглянул в последний раз на свою отчизну и отправился в Тифлис.

Высказываются различные предположения по поводу столь неожиданного отзыва князя, но все они нуждаются в уточнении. Скажем только, что он пробыл в Тифлисе пять месяцев в совершенном бездействии, пока не получил позволения отправиться в Санкт-Петербург.

Еще до завершения русско-персидской войны, 14-ого апреля 1828 года началась русско-турецкая война. Князь Мадатов был назначен командиром пехотного корпуса, готовившегося к переправе через Дунай. В этой войне, как и следовало ожидать, он прославил себя новыми победами. Но еще до окончания войны заболел и 4-го сентября того же года умер в своем лагере у стен Шумлы. Его тело было торжественно внесено в крепость и предано земле в усыпальнице церкви Св. Победоносца Георгия*. На его похоронах присутствовали даже турецкие офицеры и множество мусульман, которых он не раз обстреливал.

____________________

* Впоследствии с высочайшего соизволения прах князя Мадатова был перевезен его супругою в Россию и захоронен в Александро-Невской лавре.

____________________

«Судьбою определено было князю встретить тихий конец на земле неприятельской, свидетельнице его подвигов в юношеских летах и его блистательных дел в летах мужества. Нелицемерная горесть сподвижников и глубокое почтение побежденных врагов сопровождали его гроб.

И то лестно! И то награда за жизнь трудов и сражений!