Читаем Мельбурн – Москва полностью

Грэйси смотрела на меня долго и задумчиво, и постепенно в ее взгляде появилось нечто вроде понимания.

– Знаешь, Натали, давай, закажем еще кофе, – она подождала, пока официант поставит перед нами чашки, высыпала в свой кофе сахар, помешала и только после этого вновь заговорила: – Скажи, ты сама себя понимаешь?

– Думаю, да, – с некоторым вызовом в голосе ответила я, тоже бросая в кофе сахар.

– Прежде ты была вполне довольна своей жизнью и выбранной специальностью. Работа менеджера по персоналу тебя устраивала, тебе нравилось общаться с людьми, а потом вдруг….. Ты можешь продолжить свое образование и получить степень доктора психологии, я знаю тебя и вижу, что это твое. Быть детективом – не твое.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю, Натали. Папа был прирожденным детективом, Сью тоже, – голос ее слегка дрогнул, – а вот я нет. Я просто вношу свою лепту в семейный бизнес, после гибели Сью постаралась сохранить агентство. Сначала делала это в память о папе, теперь ради Дениса – он увлечен работой со своей программой, ему нужна база. Я много работаю, потому, что нам нужны деньги, но не собираюсь всю жизнь оставаться детективом – хочу получить степень доктора права и стать барристером, а это еще три года учебы. Говорю это, чтобы ты поняла: лично для меня работа детектива – всего лишь способ выжить.

– А для Сэма? – наши взгляды встретились, но я не стала отворачиваться, и смотрела прямо ей в глаза, хотя чувствовала, что румянец заливает мне щеки.

– Сэм, он такой же, как папа и Сью, фанат своего дела, но ведь ты не Сэм! Пойми, если ты не рождена стать детективом, то ничто не сможет этого изменить. Никакое чувство…. Я имею в виду…..

Тут тактичная Грэйси сбилась и умолкла – разумеется, она прекрасно понимала, какое чувство я испытываю к Сэму, но говорить об этом без моего дозволения считала себя не вправе. Я решила такое дозволение ей дать.

– Да, я люблю его, Грэйси! Знаю, что я ему не нужна, поэтому пытаюсь использовать все доступные мне средства, чтобы быть рядом с ним. Если для этого нужно стать детективом – стану детективом. Я хочу быть детективом, потому что для меня на первом месте любовь, а не карьерный рост, пойми! И неизвестно, какой детектив будет лучше работать – тот, кем движут азарт, деньги или честолюбие, или тот, кем движет любовь. Да ты сама же этому пример!

Грэйси не стала спорить, а лишь улыбнулась и неожиданно для меня согласилась.

– Что ж, Натали, я постараюсь убедить Сэма принять тебя с испытательным сроком. Только отложим этот разговор до тех пор, пока ты не получишь сертификат, нам нужен детектив, который сможет полностью посвятить себя работе.

– Да, Сэм сказал мне то же самое. Что ж, договорились, – голос мой дрогнул, и я очень тихо добавила: – Спасибо, Грэйси.

Перед самым Рождеством я позвонила ей – поздравить с праздником и сообщить, что получила степень бакалавра с отличием.

– Поздравляю, Натали, – она была искренне за меня рада, – в ближайшее время нам с тобой нужно будет встретиться и поговорить о чрезвычайно важном деле. Сегодня мы с Денисом уезжаем в Хоббарт, вернемся сразу после Нового года, и тогда, надеюсь, ты пригласишь нас с Сэмом к себе – разговор будет долгий.

Рождество я провела в Сиднее у Марудиных и вернулась в Мельбурн в начале января, хотя дядя Рома чуть ли не силой пытался меня удержать еще на пару недель.

– Не понимаю, куда ты спешишь? – недовольно и немного обиженно ворчал он. – Тебе так у нас плохо? Ты ведь сейчас не работаешь у себя в компании.

– Дядя Рома, не обижайся, пожалуйста, но мне предстоит важное собеседование с работодателем.

Я понимала, что ни ради дружбы, ни из сочувствия никто принимать на работу бесполезного человека не станет. Возможно, Сэм и Грэйси собираются каким-то образом меня протестировать. Как именно, я не знала, но столько об этом думала, что мысль организовать хоть какое-то угощение для гостей, даже не пришла мне в голову. Лишь когда они переступили порог моих апартаментов, я вдруг вспомнила о законах гостеприимства, заметалась и забормотала нечто похожее на «сварить кофе». Грэйси отмахнулась от моего лепета и усадила меня на диван.

– Денис сварит, покажи ему, где у тебя что.

– Я профессионал, – сообщил Денис, открывая кухонный шкаф, – к тому же, знаю, как включается кофеварка, это большое достоинство для мужчины, да, Грэйси?

Я отметила, как на миг их взгляды слились в единое целое, светившееся нежностью. Потом он занялся кофеваркой, а Грэйси, удобно поджав ноги, примостилась рядом со мной на диване. Я не знала всех нюансов собеседования при найме на работу детектива, но, все же, с некоторым недоумением следила за тем, как Сэм, успевший расположиться в большом кожаном кресле – любимом кресле папы, – открывает свой кейс и выкладывает на журнальный столик папку с документами и дисками. После этого он выразительно глянул на Грэйси, и она, откашлявшись, начала:

– Ты, конечно, знаешь, Натали, что твой отец незадолго до смерти поручил нашему агентству работу и предупредил, что отчитаться мы должны будем перед тобой.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Маринина , Геннадий Борисович Марченко , Александра Борисовна Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное