«Он еще может выжить», — лихорадочно крутилось в ее голове. Только теперь, поклявшись в верности Куско, она поняла, кто ей действительно важен, а кто омерзителен до глубины души. Только дав слово, которое уже не забрать, только переступив черту, она поняла, на что себя обрекла.

— Хорошо, — с довольным видом кивнул будущий муж. — Затащим его на плот.

Двое оставшихся в экзоброне марсиан вылезли из нее и бросились к своим. На оставленные железяки сразу же налетели дикси, но отчаянный радист продолжал сновать между берегом и вездеходом, спасая как можно больше вещей. Он уже перетащил все патроны и, надрываясь, донес до плота четыре батареи для радиостанции, но не успел вытащить сам приемник. Из-за компоновки военного транспорта одна из частей радио находилась в самой глубине багажника. Никто не рассчитывал, что кому-то понадобится унести станцию от вездехода со всеми его двигателями, солнечными панелями и аккумуляторами. На случай потери одной машины можно было воспользоваться сверхмощным приемником в другой. Но, как часто бывает, беда не пришла одна, и все возможные нештатные ситуации случились разом. Радист не был таким беспечным, как краснокожая девушка, и контролировал все пространство вокруг себя. От особенно назойливых дикси он отбился запасом гранат и уже почти вынул ценную радиостанцию, когда краем глаза заметил несущегося на него берлога.

— Бросай радио! — крикнул Дельта. — Беги сюда!

Морпехи на плоту уже отталкивались от берега, но при должной сноровке до них еще можно было допрыгнуть. Они хотели уплыть как можно дальше, пока проклятые мутанты поедают уран из реакторов последних брошенных экзоскелетов.

— Опасность на девять часов! — подсказывал Альфа, но радист и так все видел.

Справа из тени подлеска на него несся шестилапый медведь. Заходящее солнце отбросило слишком длинные тени от стоящих вдалеке сосен и замылило боковое зрение марсианина. Он пережил трое суток изнурительного похода через тайгу и был одним из победителей недавней кровавой битвы в самом конце адского леса. Он постарел на несколько лет и оказался уже достаточно опытен, чтобы понять, что все кончено. Разумеется, он схватил радио и побежал к берегу, потому что человек не может не бороться за жизнь, но разумом отчетливо понимал, что умрет. Это была последняя мысль солдата, от которого не останется никакого следа в истории человечества, если не считать его последних следов на песке. Может, когда-то в будущем археологи найдут окаменелый отпечаток именно его ботинка, но ни имени, ни фамилии, ни истории жизни этого человека они не узнают. Они даже не будут уверены — человека это след или мутанта.

Плоты медленно отходили от берега, прогрызая себе путь через пластик, как ледоколы. Мусороколы. Ветер поднимал на поверхности озера волны из отходов, а те раскачивали плоские суденышки, будто картонные. Испачканный грязью скотч сразу отклеился, но веревки и изолента продолжали стягивать плавучие средства. Далеко на юге в последних лучах заходящего солнца блеснула открытая поверхность воды. Значит, там меньше отходов и легче будет орудовать палками-веслами, надо только доплыть.

Мутанты закончили свою трапезу, отхаркнули наиболее обедненные сгустки урана и продолжили свой нескончаемый путь. Не заметив под мусором воду, они вошли в озеро. Самые пугливые твари сразу же выбежали обратно и принялись отряхивать свои волосатые лапы от жидкости — они так привыкли жить с гнойными корками поверх кожи, что боялись от них избавиться. Более отчаянные мутанты продолжили медленно плыть в воде. Они пытались разогнать пластик перед собой, но место одних истлевших бутылок занимали другие. Наконец они остановились, нервно заметались и в панике бросились обратно к берегу. Две мертвые туши дикси всплыли, пожираемые кровожадными рыбами. Остальные сумели спастись и больше не пытались соваться в озеро.

Морпехи и инки с ужасом наблюдали за пирушкой местных пираний. Испугавшись сюрпризов озера, люди машинально сбились к середине плотов, едва их не развалив, — хлипкие конструкции могли удержаться на поверхности озера только при равномерном распределении веса. Кому-то пришлось подвинуться к краю, ближе к опасной толще воды, но самая главная беда миновала — мутанты остались на берегу, и только их ненасытные, полные крови глаза, провожали отряд на юг, все дальше и дальше от «Ковчега Судного дня».

Глава 5