Читаем Мехасфера: Ковчег полностью

Пуно кивнул — а что ему оставалось? — и друг вернулся к поводьям, погнав лошадь вперед что было сил. Наблюдавшая за ними Лима с облегчением выдохнула и закрыла глаза. Сама того не осознавая, она крепко обхватывала талию сидящего перед ней Куско, волнуясь совсем за другого. Но будущий вождь об этом не догадывался или просто не хотел знать. Его все устраивало, он улыбался и отводил свободную руку назад, поглаживая дрожащее от нервного напряжения бедро Лимы.

Отряд продолжал бегство вперед. Весь следующий день лил затяжной дождь, и всю следующую ночь в небе, как порванный в лоскуты красный флаг, трепыхалось северное сияние. Кровь лилась и над головой, и под ногами. Через несколько часов после сброса четвертого экзоскелета пришел черед пятого, но у бойца не заладилось с механизмом открытия, и он потерял самые важные в его жизни секунды, ставшие роковыми. Высадивший его вездеход уехал вперед, а бросившегося на помощь морпеха отбросили в сторону дикси. Пока отряд расстреливал напавших со всех сторон мелких мутантов, крупные силы врага в лице берлогов ринулись на одиноко стоящего в грязи солдата. Он бросил попытки расстегнуть экзоскелет и принялся отчаянно отбиваться, но против гигантских медведей даже его титановый панцирь оказался бессилен. Весящие целую тонну создания навалились на него с двух сторон и таки разблокировали механизм раскрытия брони, попутно разорвав морпеха на части. Под алым свечением неба брызнувшая во все стороны кровь не показалась чем-то удивительным, непривычным. Глаза людей даже не сразу отреагировали на лишние пару оттенков в единой на всю чертову Пустошь красной палитре. Так или иначе, жертва не стала напрасной — у еще живых появилась лишняя минута на бегство. Они рванули вперед по нехоженой вязкой тундре, как делали уже несколько раз. Однако то ли мутанты стали хитрее, то ли батареи вездеходов потеряли всю мощность, а уставшие от трех суток бегства лошади начали идти медленнее, но каннибалы успели сожрать весь концентрированный уран из экзоскелета и через какие-то три минуты вновь взяли в тиски караван. Люди не успели и глазом моргнуть, как со всех сторон опять показались гадкие пасти со стекающей из них смесью крови и светящегося от радиации топлива. Встроенные в вездеходы счетчики Гейгера безумно застрекотали, как стая выпущенных на волю сверчков. Такая концентрация опасного вещества вокруг морд мутантов была видна в первый раз. Прежде самые насытившиеся твари сильно отставали от каравана и, когда нагоняли его через много часов, уже успевали слизать все сгустки урана со своих гнойных морд, но теперь они нагнали беглецов гораздо быстрее и предстали перед ними во всем своем чудовищном безобразии.

— Мать честная! — успел крикнуть кто-то. — Это конец!

Сразу с двух сторон на караван неслись мутировавшие медведи. Заблудившийся в тайге дождь не успел вовремя залить землю по пути бегства людей, и больше ничто не стесняло движений шестилапых уродов. Комки грязи еще свисали с их шкур и оставляли мокрый след позади, но когти четырех задних конечностей уже крепко цеплялись за сухой грунт и корни деревьев — раздутые вены на теле леса.

— Осторожно! — крикнул один краснокожий, но было поздно.

Даже обернувшись на крик и заметив опасность, люди уже не имели возможности среагировать. Все произошло как в замедленной съемке. Морпехи и инки успели посмотреть в сторону бегущей на них волосатой массы, но и только. Бросить взгляд было намного легче, чем среагировать. Этот дар природы — осознание опасности — ничего нам не стоит, не требует ни секунды, он вообще за гранью обычного течения времени, как нулевая точка на таблице координат. Все живое в этом мире обладает магическим навыком заметить опасность в какой-то квант миллисекунды, в столь сжатый отрезок небытия, за который не успевает просы́паться даже одна песчинка в песочных часах бога времени. Это краткое замедление всего сущего похоже на Большой взрыв, произошедший в одно мгновение, но мгновением это является только с точки зрения нашей физики, претерпевшей немалые изменения с тех пор, как время разогналось. А в момент самого взрыва, в короткую миллисекунду, время текло иначе. Может, тот миг растянулся на триллион лет, утопающих в бесконечной последовательности вспышек сверхновых атомов и нейтронов. Ну и кто после этого скажет, в какой период между Большим взрывом и этой погоней время замерло, а в какой летело вперед, разрывая собой пугающий саван будущего? Все это чертовски относительно.