Читаем Механизмы полностью

В субботу Валерий с женой собирались сходить в кино. На обед они заказали суши в «Кидо» и, перекусив и выпив по чашке кофе, начали одеваться.

– Слоник, я в ванну, – прошелестела Ольга, – я быстро…

– Ага, знаю, – проворчал Валера. И сев на диван, потянулся за пультом от телека. Рядом с пультом замигал экран поставленного в беззвучный режим смартфона. Оксов увидел два пропущенных вызова. Оба от Павла. И перезвонил ему.

– Проблема, брат, – первое, что Валера услышал в трубке. По спине побежал предательский холодок. – Он даже разговаривать не стал.

– Что так?

– А ты сам-то читал, что мне переслал про него, или как всегда? Посмотри, потом созвонимся.

– Слоник, – закричали из ванной, – тут полотенца нет… Принеси!

Валерий поплелся в гардеробную за полотенцем, по дороге открывая вчерашнее письмо.

Текстовый файл состоял из нескольких строчек:

«Мосин Виктор Иванович, родился 3 мая 1940 года в городе Ленинграде, окончил механико-математический факультет Ленинградского государственного университета, с 1970 года по настоящее время преподает в университете математическую кибернетику, доктор физико-математических наук, профессор, автор нескольких работ по теории чисел. Живет один. Жена умерла семь лет назад от инсульта. Сын – Дмитрий Викторович Мосин, проживает в Москве, занимается автоперевозками».

Валерий удивленно пожал плечами. И что? Профессору кибернетики не нужны деньги? Он перезвонил Павлу и раздраженно спросил:

– И что?

– Решил поймать этого Мосина в универе. У меня там невеста друга в аспирантуре учится, Ленка, она меня провела и показала, где его найти. Подкатил к нему в коридоре, представился, предложил пойти выпить кофе. Моложавый такой дедок. Не выглядит на семьдесят четыре. Глазки молодые. А что вы хотите, спрашивает. Денег, говорю, вам предложить. За участок. Много. А он: дача не продается. И все. Даже сумму не узнаете, спрашиваю. Нет, говорит, все, разговор закончен. И скрылся на кафедре. Визитку ему всунуть не успел.

– И что думаешь?

– Думаю, не ломается. Гиблое дело. Мне к нему идти еще раз смысла нет. Некоторых раньше брал измором, но там сразу было ясно, что человек торгуется. Здесь история, похоже, другая. Попробуй сам.

– Милый, мне трусики на мокрую попу надевать? Или ты принесешь полотенце? – завопили из ванной.

– Ладно, Паша, спасибо, – спокойно ответил Оксов, вытирая капельки пота со лба, – на связи. – И Оле: – Иду!

* * *

Встреча состоялась только через неделю. Всеми правдами и неправдами Оксов пытался добраться до тела скромного математика, и только к вечеру следующего понедельника ему пришла смс от коллеги Оксаны, которая имела некоторые связи в университете: «Завтра в два он ждет тебя у себя дома».

Приехав, посидел чуток в машине, дослушивая Portishead. Ну, что пошли, сказал он себе и, заглушив двигатель, вылез на покореженный асфальт внутриквартального проезда между домами 31 и 33 по улице Белы Куна. Звонил трижды. И только после четвертого звонка замок залязгал старым железом. Открылась дверь.

– Здравствуйте.

– Добрый день, – ответил ему пожилой седовласый человек и, протянув руку, добавил: – Виктор Иванович.

– Очень приятно, – ответил Оксов. – Валерий. Валерий Александрович.

– Отлично, – улыбнулся профессор. – Проходите, раз уж пришли. – И сам зашел внутрь. – Разувайтесь, пойдемте на кухню. Чай, кофе, коньяк? Будете что-нибудь?

– Кофе – было бы здорово, – прокричал вслед Мосину Валерий, стягивая ботинки. Проследовал на маленькую кухню и сел за деревянный икеевский стол.

– Валерий Александрович, – начал Мосин, колдуя над кофе, – вы ко мне по поводу дачи, так? За вас просил Кирилл Максимович, и я не мог ему отказать, но он так уклонялся от рассказа о цели вашего визита, что все стало ясно без слов. К тому же в последние дни мне звонили соседи по Лощино, спрашивали, за сколько я продал свой надел. Я прав?

Валерий отхлебнул кофе, посмотрел в карие глаза профессора и сказал, улыбаясь:

– Конечно. Вы очень проницательны. Дело такое: все, что слева и справа от вашего дома, будет застраиваться коттеджами. Трое ваших соседей уже подписали договоры. Ваш участок остается последним форпостом, который отделяет застройщика от мощных прибылей. Можно получить сумму значительно выше реальной рыночной стоимости этой земли. Совсем не интересно?

– Интересно. Мне все интересно. Но продавать я не буду. Не взыщите, Валерий Александрович…

– Что так? Все хорошо? Вы богаты? Научная интеллигенция наконец обрела финансовую свободу? – в голосе Оксова слышалось плохо скрываемое раздражение.