Читаем Медуза полностью

— Я слышу музыку, — пробормотал он. — По-моему, какой-то праздник. Все бегают вокруг радостные и переговариваются на непонятном мне языке. Похоже, на гэльском. На мужчинах непривычно толстая одежда, кое-где к ней для прочности пришиты кожаные полоски. И у мужчин, и у женщин длинные волосы, заплетенные в косички, которые схвачены красивыми, искусно выделанными пряжками. Я бегу к центру деревенской площади, именно оттуда доносится чудесная музыка. И деревня мне незнакома. Небольшие, крытые соломой домишки стоят вплотную друг к другу. На подоконниках расписные глиняные горшки и бокалы. Я вижу кузницу и мельницу. Судя по запаху, где-то неподалеку жарят мясо и пекут хлеб. Теперь я вижу, откуда доносится эта музыка. Посреди площади возвышается жертвенник, на нем выложены ягоды, овощи и фрукты. А рядом на высоком деревянном столбе сияет символ солнца. Несколько музыкантов на арфах и волынках выводят незнакомую песню. Перед ними расхаживают девушки со снопами в руках. У них такой вид, будто они вот-вот взлетят, будто птицы, — восторженно повествовал Патрик.

Сеанс едва не сорвался из-за ропота среди присутствующих. До Ханны доносились слова: «кельты», «день летнего солнцестояния», «праздник урожая». Даже скептика Малкольма Нидри и того проняло. Ханна опустила вниз медальон и обратилась к публике:

— У кого-нибудь из вас есть вопросы к Патрику? Если нет, то, я думаю, пора постепенно завершать сеанс гипноза.

— А может он заглянуть в будущее? — спросила Ирэн.

— Вероятно, может. Он — хороший медиум. Спросить его об этом?

Последовали восторженные возгласы:

— Да, да, пусть скажет, что нас ожидает!

— Обязательно!

— Может, угадает, какие находки ждут нас!

Малкольм поднялся и подошел чуть поближе к Ханне.

— Да, пусть он заглянет в будущее.

Ханна, почувствовав, что присутствующие все равно не оставят ее в покое, согласилась:

— Ладно. Сейчас попытаюсь. Но попрошу всех оставаться на местах. Патрик! — обратилась Ханна к своему испытуемому. — До сих пор все шло хорошо. Теперь же нам хочется, чтобы ты отправился в будущее. Позабудь обо всем, что тебе известно и привычно, и отправляйся туда, где никто из нас еще не бывал, — в будущее! Расскажи, что нам ждать от него.

Миновало несколько секунд напряженного ожидания. Ничего не происходило. Словно Патрик не расслышал призыва Ханны. Та собралась было прекратить сеанс, но тут рука испытуемого рывками задвигалась. Выглядело так, будто он пытается начертить в воздухе какие-то символы. Точки. Волнообразные линии и витиеватые росчерки.

— Что он делает?

— Это был символ воды, я могу утверждать с уверенностью, — прошептал Крис, но Ханна красноречивым жестом призвала его замолчать.

Присутствующие понимали, что все происходит всерьез. Патрик еще выше поднял руку и стал показывать участки звездного неба, помечая их новыми символами. Внезапно он заговорил. На сей раз изменившимся голосом — слова звучали искаженно, звуки с присвистом.

— Анетот, Имларан, Фарасс. Небесное Око. На веки веков оно заключено в Черных горах, и никому не дозволено нарушить его покой.

Слова звучали словно из уст привидения. Ханне стоило немалых усилий сохранять хладнокровие. Абду изумленно уставился на нее, будто желая сказать: да прекрати же наконец!

— Хорошо, Патрик, — кивнув, проговорила Ханна. — Думаю, теперь нам пора возвращаться. Я хочу, чтобы ты по моему сигналу проснулся. Три… Два… Один…

Но казалось, Патрик не слышит ее.

— Туннель, — пробормотал он. — Передо мной туннель. Узкий, стены его покрыты непонятными символами и значками. От скалы исходит странное, трепещущее свечение, отчего она кажется живой. Живым существом, которое дышит. Дальше идет проход. Вход в пещеру. Ой, да она… — тут Патрик поднялся и развел руки в стороны, — она гигантских размеров. Я… здесь такая темень, хоть глаза выколи. Кажется, это озеро? Верно, озеро, подземное озеро, а на его поверхности… Глаз! Мне кажется, он ждет меня… нужно возвращаться.

С этими словами Патрик покачнулся.

Ханна почувствовала, что от страха на лбу у нее выступил пот.

— Патрик, немедленно прекрати! Немедленно! По моему сигналу ты возвращаешься!

— Глаз! Уйди… Оставь меня… я…

Патрик, выпучив глаза, шатаясь, подошел к Ханне. Было видно, что Ирэн близка к панике.

— Боже мой, Ханна! Надо это кончать! Ты что, не видишь, что происходит?!

Ирэн попыталась встать между Ханной и Патриком, но Ханна удержала ее.

— Не подходи! — прошипела она. — Не знаю, что случилось, но он мне не подчиняется.

— Так сделай что-нибудь! Избавь его от этих сил!

— Я только этим и занимаюсь, но между нами словно стена выросла. Это произошло, стоило ему произнести три этих слова — три имени!

Ухватив Патрика за плечи, Ханна с силой тряхнула его.

— Посмотри на меня, Патрик! Смотри на меня! Возвращайся! Приказываю! — Схватив кристалл медальона, она выкрикнула: — Вот сейчас я отсчитаю от пяти до одного, и ты очнешься! Пять!

— Оставь меня… я… я не успею… нет.

— Четыре!

— О Боже, не оставляй меня!

— Смотри на меня, Патрик! Три!

— Это… Медуза… Она не хочет меня отпускать… О Боже!

Из остекленевших глаз Патрика полились слезы.

— Два!

— М-м-м! М-м-м!