Читаем Медноголовый полностью

— Не какому-то, мундир принадлежит мне! — прорычал Свинъярд.

Старбак пожал плечами.

— Я выше тебя по званию! — заорал Свинъярд, брызгая слюной и табаком на остатки капусты с картошкой, — Ты должен звать меня «сэр»! Понял?! «Сэр»!

Старбак равнодушно смотрел на Свинъярда, тот на капитана — бешено. Беспалая рука вцепилась в край стола. Было тихо, потому что вопль подполковника привлёк внимание солдат снаружи. Они прекратили петь, и майор Бёрд подумал, что сейчас, наверное, Легион в полном составе, затаив дыхание, слушает, что происходит внутри палатки.

А подполковник Свинъярд, похоже, забыл о том, что тонкие стены палатки — не преграда для звука, а вокруг шатра расположились десятки людей. Свинъярд, похоже, забыл обо всём на свете, видя перед собой лишь лицо Старбака с губами, на которых подполковника чудилась издевательская усмешка. В ярости Свинъярд цапнул с койки плеть и замахнулся на ненавистного бостонца:

— Ты — северное отродье, Старбак! Любитель черномазых, кусок республиканского дерьма! Тебе не место в этой бригаде! — кончик плети щёлкнул в воздухе у самого лица Старбака, — Ты выставлен из бригады вон, слышишь?! Окончательно и бесповоротно! Таков приказ бригадного генерала, подписанный, заверенный и отданный мне!

Злобно поглядывая на Старбака, он принялся ворошить клешнёй бумаги на столе, но искомый документ упорно не желал даваться в руки, и подполковник бросил поиски:

— Уволен! С этой минуты уволен! Вон! — подкрепляя свои слова, Свинъярд хлестнул капитана плёткой.

Конец плети Старбак машинально поймал. Он, в общем-то, намеревался просто избежать удара, но когда гибкое жало обвилось вокруг запястья, Натаниэлю захотелось большего, и он не устоял перед соблазном. С дьявольской усмешкой капитан резко дёрнул плеть к себе. Не ожидавший ничего подобного подполковник потерял равновесие, обрушившись всем весом на стол. И стол не выдержал. Барахтаясь на полу в куче деревянных обломков, осколков и бумаг, перемазанный капустно-картофельной кашей подполковник истошно возопил:

— Часовой! Часовой!

Обеспокоенный сержант Толливер из роты «А» всунул в палатку голову:

— Сэр?

Недоумённо оглядев изгвазданного в объедках Свинъярда, он перевёл взгляд на Бёрда:

— Звали, сэр?

Свинъярд вскочил на ноги:

— Арестовать этого северного предателя! — рявкнул он Толливеру, — К начальнику военной полиции мерзавца! Пусть отправят его в Ричмонд и расстреляют, как врага штата! Вам ясен приказ?

Толливер колебался.

— Ясен или нет?! — завизжал подполковник.

— Ясен. Приказ ему ясен. — ответил за сержанта Бёрд.

— Из армии тоже вон! — со злобным торжеством выплюнул в лицо Старбаку Свинъярд, — Ты больше не офицер! Ты больше не солдат! Ты — никто!

Подполковник полностью потерял над собой контроль под влиянием паров виски и выходки Старбака. Ринувшись к мундиру, Свинъярд завозился с застёжками висящей под форменной курткой револьверной кобуры:

— Ты арестован, мразь!

Бёрд подхватил Старбака под локоть и выволок из палатки, пока совершенно обезумевший Свинъярд не наделал глупостей.

— Он же псих. — с удивлением констатировал майор, — Абсолютный неизлечимый псих. Скорбный главою. Тронутый. Лунатик.

Бёрд оттащил Старбака на безопасное расстояние и растерянно оглянулся на палатку, будто не веря в то, что произошедшее ему не приснилось:

— Да ещё пьёт, как лошадь. Но мозги у него сдвинулись набекрень гораздо раньше, чем он их проспиртовал. Бог мой, Нат, и это наш воинский начальник!

— Э-э, сэр… — кашлянул последовавший за офицерами сержант Толливер, — Мне, что, арестовать мистера Старбака, сэр?

— Не глупи, Дэн. Я за Старбаком присмотрю. Забудь, что видел. — Бёрд изумлённо потряс головой, — Псих на должности заместителя командира бригады! Надо же.

Движения в освещённой изнутри палатке подполковника видно не было.

— Мне жаль, Нат. — сконфуженно произнёс Бёрд.

Обратив внимание на то, что всё ещё сжимает в руке памфлет Дэниелса, Бёрд с неожиданным ожесточением разорвал его на клочки.

Старбак же выругался. То, что Фальконер жаждет его крови, новостью для него не являлось, но он почему-то надеялся, что всё устаканится само собой, и он останется с ротой «К». Здесь он нашёл своё призвание, здесь был его дом и его друзья. Без роты он, как и говорил подполковник, действительно был никем.

— Надо было переводиться к «Шанксу».

«Шанксом», то есть «Тонконожкой», со времён учёбы в Вест-Пойнте кликали Натана Эванса, чья бригада находилась сейчас где-то далеко на юге.

Бёрд угостил Старбака сигарой, подкурил от поднятой из костра ветки:

— Надо убираться от палатки, Нат, пока этот идиот-лунатик не решил и вправду тебя арестовать.

— За что же?

— Объявит врагом штата, например. — хмыкнул Бёрд, — Сам видишь, какая каша варится вместо мозгов в его котелке, так что подозреваю, что идейку с «врагом штата» подкинул ему мой любезный зятёк.

Старбак покосился на палатку Свинъярда:

— Где Фальконер только откопал его?