Читаем Медиум с Саутгемптон-роу полностью

– Да, об этом я тоже поговорю с Обри. Личные развлечения обычного человека могут стать веревкой, на которой журналисты повесят кандидата в члены парламента. Могу представить себе, какие они опубликуют карикатуры! – Они как раз проезжали фонарный столб, и в его свете, прежде чем карета опять нырнула в сумрак ночи, Эмили на мгновение заметила, как болезненно сморщилось лицо ее мужа. – Спросите миссис Серраколд, кому суждено выиграть выборы! Черт побери, лучше уж… кому суждено выиграть на скачках в Дерби! – произнес он, копируя издевательский тон досужих разговоров. – Пусть спросит дух Наполеона, какой удар нанесет ему русский царь. Тот ведь не простил ему спаленной Москвы и двенадцатого года.

– Даже если б он знал, то вряд ли сообщил бы нам, – заметила Эмили. – К тому же еще менее вероятно, что он простил нам Ватерлоо.

– Если б мы не могли спросить любого, с кем воевали, то это исключило бы почти всех в подлунном мире, кроме португальцев и норвежцев, – возразил политик. – Но их знания о нашем будущем могут быть весьма ограниченными и, вероятно, не стоят и фартинга. – Он глубоко и озабоченно вздохнул: – Эмили, неужели ты действительно думаешь, что она не пообщалась случайно на какой-то загородной вечеринке с неким медиумом?

– Да… – произнесла миссис Рэдли с холодной убежденностью. – Да… К сожалению, думаю.

* * *

Следующее утро принесло иные тревожные новости. Сидя за завтраком, состоявшим из вареной селедки и хлеба с маслом – одно из немногочисленных блюд, которые он умел сносно готовить, – Питт просматривал газеты, когда его взгляд вдруг наткнулся на письмо издателю. Его напечатали на первой полосе броским впечатляющим шрифтом.

Я пишу к вам в некотором потрясении, поскольку всю жизнь поддерживал Либеральную партию и все то, что она делала для нашего народа и, косвенно, для всего мира. Я восхищался либералами и одобрял предлагаемые ими реформы и принимаемые законы.

Однако, проживая в избирательном округе Южного Ламбета, я с нарастающей тревогой слушал выступление мистера Обри Серраколда, кандидата от либералов. Игнорируя былые либеральные ценности и разумные и просвещенные реформы, он, скорее, призывал к преобразованиям истерического социализма, которые способны уничтожить все наши прежние великие достижения в безумном и болезненном стремлении к переменам, возможно, благонамеренным, но неизбежно малоуспешным, а в силу их несвоевременности они обойдутся нам слишком дорого, подорвав в итоге всю нашу экономику.

Я призываю всех избирателей, обычно поддерживавших либералов, обратить особое внимание на слова мистера Серраколда и подумать, пусть даже с сожалением, стоит ли им поддерживать его; ведь если мы поддержим такие предложения, то всем нам, возможно, будет уготован гибельный путь.

Социальные реформы основаны на стремлении к идеалу и поддерживаются каждым честным человеком, но их следует проводить мудро, постепенно, со знанием дела внедряя в жизнь без ущерба для нашего общества. Если же проводить их поспешно, потакая возбужденным амбициям совершенно неопытного и, как видно, мало смыслящего в делах человека, то они приведут к разорению и несчастьям обширного большинства нашего народа, который заслуживает лучшего.

О чем и сообщаю вам с глубочайшей печалью,