Читаем Мечта полностью

Дарья Михайловна привыкла к одиночеству. Замуж она не выходила и своего единственного сына вырастила одна. Растили Ваню с бабушкой, мамой Дарьи Михайловны. Вопреки всему ребенка не избаловали. Получился парень хоть куда, симпатичный, отличник учебы, спортсмен. И этот «замечательный сынок», в один прекрасный день привел девушку, и заявил, что это его невеста и будет она жить вместе с ними. Мама чуть не упала в обморок. Конечно, она понимала, что это когда-то должно было случиться, но все равно растерялась. Этот момент для всех мам, кажется, всегда будет неожиданным. Немного успокоившись, стала расспрашивать, кто она, да откуда. Узнала, что та закончила торговый колледж и работает в магазине мужской одежды. «Вот где она подцепила моего Ваню» — решила женщина про себя. Девушка держалась неловко, отвечала нехотя и односложно, ничего толкового сказать не могла. Это тоже не осталось незамеченным — «Двух слов связать не может». Окончательно убило женщину посещение отца Нади — мужика с большим рюкзаком. Не ответив на его приветствие, Дарья Михайловна так на него зыркнула, что тот бросил рюкзак на пол, открыл дверь затылком и был таков. В рюкзаке оказались неощипанные утки. Дарья Михайловна снесла это «добро» соседке. «Какая красота!» — обрадовалась соседка — «Что, не любишь ощипывать? Это же дело пяти минут». Вечером мама встретила сына чуть не криком «Как ты мог привести домой какую-то девку с улицы, без роду, без племени? Знаю я таких, навидалась на работе! Ты хоть знаком с ее родней? Сегодня заходил один проходимец!»

Она на самом деле проработала всю сознательную жизнь на швейной фабрике, дослужилась до должности начальника цеха. Работа не из легких, на которых задерживались самые стойкие. Там действительно было много сельских девчонок, не поступивших на учебу и оставшихся искать счастья в городе. Это был самый текучий контингент. Большинство не умело работать в том ритме, который требовал конвейер. И как считала Дарья Михайловна, даже не хотело научиться. «Она из тех же ленивых девиц ни на что не способных»— продолжала мама. Сын, видимо, был готов к такому разговору — «Мама, я привык к тому, что ты одна во всем права, но в свою личную жизнь, я не дам тебе вмешиваться! Мы поживем отдельно. Когда успокоишься, позвони».

В тот же день они съехали на съемную квартиру, Дарья Михайловна осталась одна. Ваня иногда звонил, справлялся о здоровье. Прошел почти год, Дарья Михайловна вышла на пенсию. На работе устроили пышные проводы, наговорили кучу благодарностей. Все, началась новая жизнь, которая вовсе не радовала ее. Всегда такая деятельная, теперь она не знала, куда себя деть. И как же Дарья Михайловна была рада звонку сына, когда он сообщил ей, что у них родилась девочка. Хотела было сразу броситься к ним, но привычка стоять на своем до конца, взяла верх. Однако, на родины все-таки пришла. К концу вечера совсем растрогалась — «Что же вы деньги на ветер бросаете? Могли бы и со мной пожить» Надя слегка покраснела, но мягко возразила — «Что вы, мама, все-таки мы семья и должны устроить свою жизнь сами». «Мама?» — у Дарьи Михайловны дрогнуло сердце. Теперь уже присмотревшись спокойно, увидела, что дом у детей вполне уютный, чистый, на столе есть все, что полагается. Сын выглядит совсем по-другому, более уверенным и возмужавшим. «Ничего, если я буду приходить к вам, помогу с ребенком?» — спросила она прощаясь. «Конечно, мама!» — сын обнял ее.

Как оказалась в больнице Дарья Михайловна не помнит, помнит только, что звонила сыну, когда теряла сознание. В палате началось движение, засновали сестрички. Женщина подозвала одну к себе и спросила — «Это кто мне принес цветы?». Сестра рассмеялась — «Вы не помните? Вчера ваша дочь приходила, Надя».

Дарья Михайловна смотрит на скромный букетик, глаза наполняются слезой.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сью Таунсенд , Сьюзан Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза
Доктор Гарин
Доктор Гарин

Десять лет назад метель помешала доктору Гарину добраться до села Долгого и привить его жителей от боливийского вируса, который превращает людей в зомби. Доктор чудом не замёрз насмерть в бескрайней снежной степи, чтобы вернуться в постапокалиптический мир, где его пациентами станут самые смешные и беспомощные существа на Земле, в прошлом – лидеры мировых держав. Этот мир, где вырезают часы из камня и айфоны из дерева, – энциклопедия сорокинской антиутопии, уверенно наделяющей будущее чертами дремучего прошлого. Несмотря на привычную иронию и пародийные отсылки к русскому прозаическому канону, "Доктора Гарина" отличает ощутимо новый уровень тревоги: гулаг болотных чернышей, побочного продукта советского эксперимента, оказывается пострашнее атомной бомбы. Ещё одно радикальное обновление – пронзительный лиризм. На обломках разрушенной вселенной старомодный доктор встретит, потеряет и вновь обретёт свою единственную любовь, чтобы лечить её до конца своих дней.

Владимир Георгиевич Сорокин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза