Читаем Мечи Марса полностью

— Недавно. Я очень долго искал секрет катакомб, пока остальные спали.

— И ты ни с кем не поделился этой тайной?

— Да нет же! Ты думаешь, что если я расскажу, то это положит конец рабству и смерти. А дальше? — Глаза Треона сверкнули. — Лхари поставят на колени весь мир. По-моему смерть немногих гораздо лучший выход.

Свернув в сторону, они прошли между приоткрытыми створками золотой двери и оказались в огромном зале.

Голос Треона торжественно прозвучал в этом мрачном склепе, освещенном мерцающими сполохами.

— Это место захоронения королей. Оставь малышку здесь.

Старк увидел саркофаги из черного мрамора, которые стояли ровными рядами и эти ряды были так длинны, что им, казалось, не было конца. В саркофагах лежали старые короли с мудрыми неземными лицами, отмеченными печатью покоя. Тела их были покрыты шелковыми покрывалами, руки сложены на груди.

Старк, осторожно опустив Зерит на мраморное ложе, накрыл ее тело шелком и закрыл ей глаза. Потом они вышли.

— Треон!

— Да?

— Ты произнес пророчество, когда я пришел в замок. Я исполню его.

Треон кивнул.

— Таков путь пророчеств.

Они направились вглубь катакомб, и Старку вдруг показалось, что какая-то неукротимая сила несет его вперед, сметая все на своем пути. Он содрогнулся, увидев в уродливой фигуре Треона тень судьбы.

Они долго блуждали по мрачным катакомбам, пока Треон не остановился перед закрытой на массивный засов дверью. Там, в красном сумраке, сидела ужасная, невероятно уродливая фигура. Она была так страшно искажена, что по сравнению с ней тело Треона казалось почти прекрасным. Ее глубоко ввалившиеся глаза хранили мудрость, одна из семипалых рук казалась гладкой и нежной.

Старк отшатнулся — фигура вызывала в нем животный ужас. Он рванулся бежать, но Треон удержал его.

— Подойди ближе. Он мертв, но у него для нас есть сообщение.

Землянин осторожно приблизился, как вдруг фигура заговорила.

— Посмотри на меня. Посмотри и подумай прежде, чем захватить ту силу, что находится за дверью!

Вскрикнув, Старк отскочил. Треон улыбнулся.

— Со мной было то же самое. Он говорит не голосом, а где-то внутри мозга и только в том случае, если кто-то приближается к нему.

Старк лихорадочно соображал… Похоже, что мысль-сообщение включалась электронным лучом. Древние хорошо позаботились о том, чтобы их предупреждение было услышано любым существом, решившим загадку катакомб. Мысль-образ, переданная непосредственно в мозг, не знает границ, времени и языка.

Он шагнул вперед и снова услышал металлический голос:

— Наша раса вмешалась в тайны богов, но мы не желали зла. Мы просто мечтали сделать всех живых существ такими же прекрасными, как наши дома и сады, еще не зная, что нарушаем Закон.

Я был одним из тех, кто нашел способ изменять живые клетки. Мы использовали невидимую силу, пришедшую из страны Богов, и сумели так овладеть ею, что могли лепить живую плоть, как гончар глину. Мы лечили больных и увечных, восстанавливали рост и выпрямляли тех, кто вышел из яйца согнутым, самонадеянно считая себя братьями богов. Даже я сам, даже я, познал радость совершенства. Затем пришла расплата.

Клетка, которую изменили однажды, уже никогда не останется прежней…

Мутации, накапливались медленно. Сначала мы не замечали их, а когда обнаружили, то было уже слишком поздно. Наш город стал городом чудовищ. Сила, которую мы использовали, принесла нам только горе — чем больше мы старались привести чудовищную плоть к ее нормальному виду, тем больше, стимулировали клетки, пока тела, над которыми мы работали, не стали похожими на мокрую глину, расползающуюся прямо на глазах.

Горожане, один за другим, кончали жизнь самоубийством, но те, кто остался, осознали кару богов и выпустили Красное Море, чтобы оно навеки скрыло наш позор от тех, кто придет за нами.

Однако, мы не можем уничтожить знания. У нас еще есть надежда, что другие боги и другие расы, возможно, более мудрые, чем мы, сумеют отбросить зло, сохранив совершенство — великое благо для всех созданий.

Но ты, кто бы ты ни был, запомни мое предупреждение — если твои боги ревнивы, если твой народ не имеет такой мудрости, чтобы подчинить себе эту силу — не касайся ее!

Голос стих.

Старк долго еще смотрел на изувеченную фигуру, потом резко повернулся к Треону.

— Неужели твоя семья не послушалась бы этого предупреждения?

Треон засмеялся.

— Они глупы. Они скажут, что это угроза для отпугивания дураков, что человеческая плоть не подчиняется тем законам, которые управляют плотью рептилий или еще что-нибудь в этом роде.

Старк мрачно взглянул на черную дверь.

— Мы должны уничтожить эту силу.

— Да, — тихо сказал Треон.

Глаза его сияли. Он шагнул вперед. Старк хотел было идти за ним, но Треон отодвинул землянина.

— Нет. Ты в этом не участвуешь. Ветры приказали мне ждать, пока плод не созреет, чтобы упасть с дерева смерти. Я ждал, и сегодня на рассвете ветер шепнул мне: «Настало время». — В глазах Треона светился чистый разум. — Ты слышал: «Мы восстанавливали рост и выпрямляли тех, кто вышел из яйца согнутым». Настал мой час.