Читаем Меч падишаха полностью

– Ты князь Юрий стрельцами киевскими командовать поставлен? Так? – задал вопрос Шереметев.

– Так! – согласился Барятинский.

– Вот и блюди город Киев. А мы сами с армией государевой сладим. И не нужно нам на бумаге стрелы рисовать.

– С нами войска гетмана Хмельницкого выступят. Рада в Переяславле уже собралась! Гетман Юрий нам верен, – заявил Хованский. – А у него почти 20 тысяч хорошего войска. Да с такими силами мы Варшаву возьмем и принудим короля Яна-Казимира себя вассалом государя Алексея Михайловича признать!

– Уж больно ты скор, князь, – вмешался в разговор воевода Ляпунов. – С поляками не сражался еще, а Варшаву уже взял.

– А ты воевода с ними сражался под Конотопом, – парировал Хованский.

– Не тебе меня тем попрекать! – вскипел Ляпунов. – Под Конотопом русские храбро сражались и славу великую добыли. И не вина солдат кавалерии, что битва была проиграна. Поляки и татары воины добрые. И не языком их бить надобно.

– Я готов идти с саблей на них! – вскричал Хованский.

– Господа! – произнес громко боярин Шерметев. – Хватит споров и ссор! Что это за военный совет! Бог с ней с битвой под Конотопом. То дело прошлое. Наш государь ждет от нас новых дел и побед новых. Чего поражение поминать? Теперь, слава богу, все по-иному. Наши войска взяли Брест и отогнали польских гусар от Слуцка. Гетман Хмельницкий в Чигирине. Они примет татарский удар на себя если что.

–Польские войска, как нам доносят, возглавит уже не Потоцкий, а Стефан Чарнецкий, – предупредил воевода князь Долгорукий. – А многие воеводы знают его как отличного полководца. Он много раз доказал это.

– И что с того? Не пугает меня Чарнецкий, – хвастливо заявил Хованский. – Пошли меня, боярин, против Чарнецкого!

Это заявление не понравилось и Шереметеву. Он досадно поморщился. Не заря этого князя называли «тараруй». Пустобрех он всегда пустобрех. Хотя если отправить его в поход с опытными в военном деле полковниками, то… Хованский знатен, и по породе место ему во главе войска. Да и ему с ним полегче будет. Умничает Хованский не много, и во всем послушен старшим.

– Сразу же после Рады казацкой, когда статьи перяславские будут закреплены, совместно с силами гетмана мы выступим против поляков. Главное для нас разгромить их армию до подхода хана Мехмед Гирея. Врагов стоит бить поодиночке. А там и султан турецкий и король Ян-Казимир станут посговорчивее. Нам нужна победа. Враги сейчас слабы как никогда. И это хорошее время для выступления в поход. Нам нужно закрепить успех наших войск под Брестом и Слуцком.

Воеводы русской армии молчали. Шереметев сказал свое слово…

2

Переяславль: Рада.

Город Переяславль снова был полон казаков и старшины. Вчера сюда приехали представители русского командования пописывать новый договор от имени царя Алексея Михайловича.

Повторялась ситуация 1654 года. Тогда гетману Богдану стоило больших трудов собрать здесь буйную и непокорную казачью вольницу. Не все были довольны тем, что гетман выбрал себе в высокие покровители московского царя. Но авторитет Богдана был велик. Это был тот гетман, который мог надеть на себя корону и стать новым европейским монархом и возродить если не королевство, которое существовало при Данииле Галицком, то хотя бы великое княжество.

Но сейчас его уже не было в живых. А новый гетман Юрий был всего лишь тенью своего отца. На улицах города то и дело вспыхивали стихийные драки между сторонниками разных полковников. Гетманская стража даже перестала вмешиваться в такие потасовки. Казаки сейчас дрались, а уже через час пили в корчме горилку, а топотом снова дрались.

Московские послы без дела на улицы города не совались. А если и выходили, то с большой охраной. Это был совет большинства членов генеральной старшины. Мало ли что могло произойти. Из-за пустяковой драки мог разгореться большой скандал.

А сам гетман Войска Запорожского Юрий Хмельницкий в сопровождении генерального хорунжего Ивана Яненченко, никем не узнанные, ходили по городу. Они были в одежде простых казаков. Это молодой Хмельницкий захотел узнать, что происходит в городе.

– Зайдем в корчму и выпьем по кружке пива, пан Иван.

Яненченко был согласен и кивнул в ответ. Тем более что большая корчма была прямо перед ними.

– Здесь много чего можно услышать, Иван.

– В корчме у многих в голове хмель, а не разум гуляет.

– Под хмелем многие языки распускают.

– Но скажут ли что путное?

– Скажут. Я хочу знать, что думают о новом договоре с Москвой. Полковники Сомко и Брюховецкий доказывали мне, что это желание казачества быть с белым царем. Ты ведь считаешь не так, пан Иван?

– Юрий, все не просто.

– Вот и узнаем, что думает казачество.

Народу в корчме собралось много. Гетман и хорунжий с трудом протиснулись к одному из столов, где уже сидели несколько казаков. Это были, судя по виду, запорожцы. Жупаны разного цвета и покроя были одеты прямо на голое тело. Были они неряшливы, но оружие имели дорогое хорошее.

– Хто такие? – строго спросил их седоусый казак со шрамом на левой щеке. Это был след от пистолетной пули.