Читаем Меч полностью

Я совершенно выбит из колеи в результате конфликтов, непонимания и недоразумений между мной и тобой, и честно говоря, я совершенно не в своей тарелке, не могу справиться с ситуацией достойно. Но я должен попытаться, Элли. Я не могу выразить, как сильно мне хочется, чтобы ты тоже попыталась — хотя бы услышать меня вопреки всем предубеждениям, с которым ты, возможно, начала читать это письмо…»

Джон издал раздражённый звук, переглянувшись с Дорже.

— Какого черта он творит? — спросил он у меня. — Это вообще на него не похоже. Это шутка какая-то?

Джон никогда прежде не читал записи Ревика. А я читала.

— Это он, Джон, — сказала я, бросив на Балидора беглый взгляд. — Прошу, — я показала жест Касс. — Продолжай.

Касс покосилась на Джона и приподняла брови перед тем, как продолжить.

«С самого нашего знакомства мне было сложно выразить, что я чувствую по поводу нас, что я чувствую к тебе, даже в отрыве от того, кем ты мне приходишься.

Ты можешь подумать, Элли, будто причина тому — моё нежелание или неспособность высказать тебе эти вещи. В любом случае, ты не раз говорила мне, что я ставлю тебя в неприятное положение, вынуждая гадать, что я чувствую. В результате я также заставил тебя испытывать почти постоянную неуверенность в нас…»

Я почувствовала, что невольно стискиваю зубы, вспоминая те разговоры, на которые он ссылался.

Но я не упустила ни слова из того, что последовало за этим.

«Я надеялся, что это изменится после того времени, что мы провели вместе в той хижине в горах.

Я старался, Элли. Я правда старался показать тебе, что я чувствую. Знаю, ты наверняка чувствуешь себя обманутой в этом отношении, ведь вскоре после этого тебе пришлось иметь дело с новой версией твоего мужа, и случилось это до того, как тебе представилась возможность привыкнуть к тому, кто наконец-то набрался храбрости открыться тебе.

Элли, мне нужно, чтобы ты сейчас услышала меня. Я люблю тебя…»

Касс умолкла, её лицо покраснело, и она подняла взгляд от письма. Чувствуя, что моё лицо тоже заливает теплом, я жестом показала ей продолжать.

— Читай дальше, — отрывисто сказала я. — До конца.

Кивнув, Касс прочистила горло.

«Я люблю тебя… сильнее, чем могу выразить словами или даже собственным светом. Сильнее, чем мне когда-либо удавалось показать или донести до тебя. Сильнее всех, кого я любил в своей жизни. Элли, мне хотелось показать тебе всё это сейчас — те годы, что я любил тебя издалека, ту боль, которую мне это причиняло, те чувства, что вздымались во мне просто от пребывания в твоём свете. Мне хотелось бы, чтобы ты увидела, как эти чувства лишь выросли с тех пор, как я сумел провести время с тобой во плоти. В той хижине я временами думал, что эта любовь может меня убить…»

Я снова сглотнула, крепче обхватив руками своё тело. Я не смотрела на Балидора. Я не смотрела на Джона или Касс.