Со временем стало ясно, что ничего сверхъестественного и необычного здесь нет. Объяснение кроется не в загадочных возможностях человека прошлого, а в психологии человека современного. Древние индейцы ничего не вычисляли, они лишь вели счет наблюдаемым небесным явлениям: сколько раз взошло солнце, сколько — луна, сколько было полнолуний и т. д. Деление же одного количества наблюдений на другое провели поздние исследователи и, естественно, что результат почти совпал с данными современной науки. Аналогично и с числом «пи». Индийцы лишь измеряли длины окружностей и их диаметры, а современные ученые поделили на калькуляторе эти величины и удивились: ну, надо же, как точно. И пошел гулять миф о чудесных математиках древности, якобы что–то вычислявших и показывающих этим неестественные возможности.

Точно так же развенчиваются и другие мифы из нашего прошлого. И наконец пришло время и для главного мифа — самой мировой истории. Эта книга о том, как, почему и, главное, когда была создана та версия истории, которую мы все знаем как естественную и единственно возможную. Для подтверждения своей гипотезы о том, что все наше прошлое до относительно недавнего времени было вымышлено, я привожу сравнительные хронологические таблицы, наглядно демонстрирующие числовые закономерности. Эти закономерности появляются в истории не потому, что миром правят числа, а потому, что историю писали люди, так считавшие.

Чтобы мое утверждение не оставалось очередным критическим, но субъективным взглядом на традиционную историю, я был вынужден обратиться к научным методам. В книге приводятся три исследования, проведенные при помощи метода математической статистики. Несмотря на то, что во всех исследованиях использовался различный исторический материал, математический анализ неумолимо засвидетельствовал искусственный характер данных. Это означает, что эти исторические данные появились не естественным путем, как это должно было быть, а были, попросту говоря, придуманы.

Вячеслав Лопатин, февраль 2006 г.

ВВЕДЕНИЕ В АНТИИСТОРИЮ

История — штука странная. Вроде как и наука, а вроде и — нет.

Действительно, по объему тех знаний, которые изложены в «учебнике истории», она явно тянет на что–то серьезное и весомое. Да и глядя на сонмы профессоров и другого ученого люда, плодящих толстые и умные книжки и произносящих со своих высоких кафедр не менее умные речи, трудно представить себе историю вне научной среды.

С другой стороны, если говорить о таких фундаментальных для любой науки понятиях как метод, предмет или закон, то здесь история явно отстает от своих собратьев. И не просто отстает, а вообще выпадает из ряда научных дисциплин. Попробуйте назвать хотя бы одну историческую закономерность или метод, с помощью которого историки постигают объективную действительность. Какими научными способами они делают себя и нас ближе к истине?

Я уже вижу, как задергаются, замашут руками жрецы от истории, услышав о такой постановке вопроса. Конечно же, они наговорят много всего и о предмете своей науки, и о методе, которым они его познают. Много высокопарных и труднопонятных для обычного человека слов. Но если отбросить всю эту казуистику и выразить суть простым языком, то окажется, что историки всего–навсего записывают происходящие в мире события. Одни записывают, другие переписывают, третьи все это читают, сравнивают и переписывают далее. Это называется историография, некий научный процесс, который и является основным методом историков. Это и есть история.

Конечно же, ученые не просто переписывают то, что зафиксировано в трудах их предшественников. Они в процессе кропотливой интеллектуальной работы излагают это уже по–другому, по–новому. На основе обширного исторического материала, применяя такие мощные средства, как анализ и синтез, они создают новые исторические картины.

Эти картины более совершенны, в них присутствует больше мелких деталей и оттенков. Их сюжетные элементы более гармоничны, а судьбы героев становятся более понятными. Темные или бесцветные места раскрашиваются разными красками, портреты исторических персонажей становятся ярче, а их личности и поступки наполняются психологизмом, добавляя новые драматические страницы в книгу истории.

Обычному человеку, то есть человеку, не знакомому со всей этой историографической кухней, кажется, что исследователи находят какие–то новые исторические факты, благодаря которым картина прошлого исправляется и дополняется. Точно так же, как в естественных науках: сделали физики открытие — следует пересмотр накопленных знаний и сложившихся теорий в данной области, разглядели генетики в микроскопы что–то необычное — необходима коррекция биологических концепций, возможно вплоть до полной их замены. Так было и так будет всегда во многих науках, но только не в истории.