Читаем Матери полностью

до каких пор это будет продолжаться, так жить невозможно, Бояна, невозможно, Деян, что-то огромное исчезает во мне, когда мы расстаемся, Бояна, чего-то огромного не хватает мне, когда я не вижу тебя, Деян, я становлюсь целым, только когда мы вместе, а когда расстаемся, я как будто себя вообще не знаю, Бояна

и я тоже не знаю, кто я, Деян

давай попросим их, чтобы мы снова были вместе, но ты ведь знаешь, это бесполезно, а у меня план: соберемся все четверо, и мы им скажем всё-всё и попросим, чтобы мы оба жили сначала у одного из них, а потом оба — у другого, но ты же знаешь, они не согласятся, они нас и поодиночке-то еле терпят, а уж двоих…

одной моей половины нет, Бояна

одной половины, Деян

вот так и скажем маме и папе, вот так, запомни, именно так, сколько раз мы им это говорили, Деян, сколько раз мы их просили, они только разозлятся и отнимут у нас наши воскресенья, скажут, что наши встречи очень плохо на нас влияют, и вообще запретят встречаться, нам надо молчать и притворяться веселыми;

Перейти на страницу:

Все книги серии Новый болгарский роман

Олени
Олени

Безымянный герой романа С. Игова «Олени» — в мировой словесности не одинок. Гётевский Вертер; Треплев из «Чайки» Чехова; «великий Гэтсби» Скотта Фицджеральда… История несовместности иллюзорной мечты и «тысячелетия на дворе» — многолика и бесконечна. Еще одна подобная история, весьма небанально изложенная, — и составляет содержание романа. «Тот непонятный ужас, который я пережил прошлым летом, показался мне <…> знаком того, что человек никуда не может скрыться от реального ужаса действительности», — говорит его герой. «"Такова жизнь, парень. Будь сильным!"», — отвечает ему старик Йордан. Легко сказать, но как?.. У безымянного героя романа «Олени», с такой ошеломительной обостренностью ощущающего хрупкость красоты и красоту хрупкости, — не получилось.

Светлозар Игов

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее