У Нормы сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Она кинулась к крыльцу, едва не рухнув с разбегу на траву, а оттуда – прямиком в гостиную.

Синди лежала на ковре, вытянув руки вперед. Она кричала и смеялась. А он – Норма видела его только со спины – склонился над ней и потехи ради щекотал ее.

В панике Норма не сразу его признала. Эта голова – волосы, шея, уши, – что семнадцать лет назад показалась из ее чрева, будто принадлежала кому-то чужому – хищнику, который склонился над ее дочерью, собираясь избить ее, обесчестить и убить.

Томми. Ее родной сын.

Догадавшись, что она стоит у него за спиной, он выпрямился и подмигнул ей. Синди, улучив минуту, вскочила и, все так же смеясь, запрыгнула на диван.

– Вы оба так меня напугали! – сказала Норма, садясь за стол. – Тебе что, Томми, не надо было сегодня на работу? И чья это машина стоит там, у амбара?

– Ее одолжил мне на каникулы Дилан. А мистер Холмс дал мне сегодня выходной, потому что ему нужно было поехать проведать больную мать.

– Я позвоню ему и проверю – надеюсь, ты меня не обманываешь и прекрасно понимаешь, что хорошая работа на дороге не валяется.

– Да, мам. А Грэм дома?

– Нет, твой брат поехал в Эмпорию с девушкой, у которой в дороге сломалась машина.

Томми с задумчивым видом поднял валявшийся на полу журнал и неохотно принялся его листать. Последнее время он стал какой-то странный и почти все свободное время проводил на улице, занимаясь бог весть чем. Но мистер Холмс уверял, что работал Томми хорошо и покупатели от него в восторге. Это было самое главное, и тут уж упрекнуть сына Норма не могла. Впрочем, она не хотела тратить время на то, чтобы его разговорить, по крайней мере, сегодня.

Норма вздохнула и взяла с книжной полки «Поворот винта» Генри Джеймса.

Пристроившись на ступеньках крыльца, она стала искать то место в книге, на котором остановилась вчера.

Норма проглотила эту повесть еще девчонкой – и вот недавно нашла ее в картонной коробке на чердаке. Сейчас она читала совсем мало, но ей вдруг захотелось вновь погрузиться в атмосферу этой книги и ощутить легкий трепет, который охватывал ее, когда она, девчонка, совсем одна в комнате, поглощала страницу за страницей, догадываясь, что ее страх вызван не собственно словами, а скорее чувствами, которые они в ней пробуждали, хотя их смысл она до конца не понимала.

Но в этот раз она увидела в книге нечто большее, и невротические припадки героини, как ей показалось, вдруг проступили сквозь напечатанный текст со всей явственностью. Очевидно, это была не просто история о привидениях, как мог бы подумать подросток или глупец.

Возле ограды остановился грузовичок. Из него выбрались пестро разодетые мужчина с женщиной и стали рассматривать дом, намереваясь его сфотографировать. Норма невозмутимо сидела с книжкой в руке, не собираясь поднимать крик и прогонять незваных гостей. В этом году они повадились сюда целыми толпами: всем хотелось на дармовщинку пощекотать себе нервы, приблизившись к тому самому месту, где тридцать восемь лет назад Дэрил Грир убил собственных родителей, хотя дом Нормы уже не имел ничего общего с тем, который сгорел в ту небезызвестную летнюю ночь. Норма когда-то сама, не отрывая глаз от телевизора, следила за перипетиями жуткой истории, поражаясь, зачем иные матери пугали своих непослушных чад этим таинственным парнем, который сначала как сквозь землю провалился, а потом вдруг объявился в Сан-Франциско в обличии эдакого крестного отца наркомафии.

Любопытствующая парочка, заняв места в машине, умчалась в сторону города. Поскольку они не решились вторгнуться в личное пространство Нормы, ей нечего было им сказать, в отличие от того случая, когда, проснувшись после сиесты на диване в гостиной, она заметила, что за ней, прильнув лбом к окну, следит незнакомец, которого ей пришлось прогнать, пальнув пару раз из ружья в воздух.

Она устремила мысленный взор в будущее, стараясь представить, как в скором времени это место прославится тем, что именно здесь провела детство юная Синди Хьюитт, которая своей блистательной карьерой заставит рассеяться тени, все еще застилающие эти края, и докажет, что и на поле брани могут зацвести нежнейшие розы.

Хейли

Как только машина въехала во владения Нормы, Хейли почувствовала: что-то здесь не то, как будто каким-то непостижимым образом нарушилась гармония.

Однако это был тот же дом, та же земля, то же безоблачное небо.

Норма сидела на ступеньках крыльца, словно ждала их. Увидев, что они подъезжают, она приложила руку козырьком ко лбу, заслоняя глаза от солнца.

– Ну, что стряслось? – спросила она, сделав несколько шагов им навстречу.

– Бак радиатора пробит, – сказала Хейли, выходя из машины. – А поскольку на его замену требуется время, Грэм предложил мне вернуться. Мистер Грейвс обещал подогнать мою машину к вашему дому, так что я поеду дальше прямо отсюда.