Однако все изменилось год назад, когда Хейли стала свидетельницей победы Сандры Оутс на престижном международном турнире в Майами. Им приходилось сражаться друг с другом на спортивных площадках, когда они были совсем девчонками, и теперь у Хейли – а в те времена она была лучшей из них двоих – больно кольнуло сердце: она подумала, что у нее украли награду, полагавшуюся ей по праву.

На следующий день она связалась с Мередит Паркс, профессиональной гольфисткой, занимавшейся переподготовкой игроков в загородном клубе. Они встретились в кафе, и Хейли объяснила ей суть дела, Мередит согласилась ее тренировать и занималась с ней до тех пор, пока не сочла, что она вполне готова участвовать в соревнованиях, и главное – в Международном юниорском турнире для девушек. Хейли постепенно восстановила форму, хотя сама не вполне верила, что способна совершить такой подвиг за столь короткое время. И тогда она заметила в глазах Мередит то самое выражение, которое видела во взгляде матери.

Радом с ней появился еще один человек, разочаровать которого она просто не могла.

Хейли резко вернулась к реальности, заметив, что из-под капота ее машины пробивается струйка белого дыма.

Она не сводила с него глаз, чувствуя, как у нее все быстрее колотится сердце. Руки у Хейли затряслись, и она крепче ухватилась за руль, чтобы не потерять управление машиной.

Главное – не паниковать. И хорошенько все обдумать. Возможно, дело выеденного яйца не стоит, надо лишь остановиться, проверить, что с двигателем, и добраться до зоны отдыха, где есть телефон.

Она почти не ездила на этой машине и не представляла, что могло привести к поломке. Возможно, все не так и серьезно.

Тут она подумала про паренька на автостоянке у закусочной и вспомнила, как он водил рукой по капоту ее машины.

Может, он успел пошуровать и под капотом?

В зеркале заднего вида Хейли увидела грузовичок – он ехал в полусотне метров следом за ней. Неужели это тот самый малый с автостоянки преследует ее?

Да нет, быть такого не может, она бы непременно увидела, если бы он поднял капот ее машины, ведь все происходило метрах в десяти от нее.

Впрочем, сейчас было не самое подходящее время поддаваться мании преследования.

Указательный щит подсказывал, что через пять километров будет съезд. Первоначально Хейли не собиралась сворачивать с Канзасской автомагистрали, но выбора не было. Она могла добраться до какого-нибудь городка, где есть автосервис, так было бы вернее, чем ехать дальше наугад в надежде, что движок не взорвется.

Она взяла вправо, повернула на съезде и проехала с десяток километров, не заметив ни одного указателя, что поблизости есть какой-то город. Между тем дым из-под капота валил все сильнее – Хейли уже с трудом различала дорогу, и ей пришлось остановиться прямо посреди бескрайних полей, без признаков жилья на горизонте, потому как она не хотела, чтобы ее движок приказал долго жить.

Ко всему прочему, у нее не было возможности позвонить кому бы то ни было.

Хейли выбралась из машины и открыла капот, выпустив из-под него остатки дыма, от которого она закашлялась. В механике она ничего не смыслила. И после беглого осмотра движка так и не поняла, в чем, собственно, дело.

Она со злостью пнула ногой по переднему колесу.

Томми

Вода, в которой он плавал, казалась холоднее обычного. Томми перевернулся на спину и поплыл на середину озера, где, поговаривали, глубина была метров пятьдесят, не меньше. На берегу какая-то семейка устроила пикник. Мамаша, в белой рубашке и джинсах, просто сидела за деревянным столом, а папаша, тучный брюнет, кормил младшую из их двух дочурок. Та, что постарше, лет десяти, стояла на скамейке и что-то пела, размахивая руками. Томми опустил глаза и посмотрел на свои ноги, двигавшиеся в темно-синей воде, потом нырнул головой вперед и тут же вынырнул. И только тогда заметил, что старшая девочка, с банкой пепси-колы в руке, не сводит с него глаз.

Он улыбнулся ей, подплыл к понтону, где сложил свою одежду, взобрался на него, обтерся полотенцем и натянул джинсы с футболкой.

Удостоверившись, что ничего не забыл, он быстрым шагом направился к тому месту, где оставил машину, которую одолжил ему лучший его друг Дилан, уехавший вчера с родителями в Форт-Лодердейл: это был черный «Мустанг», недавно украшенный изображением огромного беркута на капоте.

Скоро и у него будет своя машина. Мать обещала подарить.

И он наконец сможет податься куда глаза глядят.

Томми остановился в двадцати километрах от озера на обочине проселочной дороги, откуда была видна красноватая крыша дома Уилкинсов, чьи владения выделялись вдалеке на фоне кукурузных полей. Он знал – заявиться к ним средь бела дня не самая хорошая мысль, но ему не терпелось. Он захлопнул дверцу машины и полез в заросли кукурузы, чувствуя, как с каждым шагом у него все чаще бьется сердце.

Тесса Уилкинс лежала в шезлонге у самого края террасы. На ней было черное бикини, соломенная шляпа и солнцезащитные очки. Из стоявшего рядом транзистора изливалось нечто вроде рока пятидесятых.