Британским агентом был бельгиец по фамилии Аллар. Позже на допросах Мата Хари скажет капитану Бушардону, что познакомилась с Алларом и его женой в ноябре 1916 года на борту голландского парохода «Голландия», на котором она возвращалась из Франции в Голландию. Капитан судна сказал, что Аллар британский агент, а его жена работает на немцев. Затем, во время следующего своего пребывания в Испании Мата Хари доверила эту историю секретарю голландского консула в Виго, который по случайности сам был французом. Вот и все, что Мата Хари знала о британском агенте. Ее о нем не спрашивали, она сама добровольно рассказала о нем французам. Несмотря на это Аллара упомянули в ходе процесса, когда суд должен был ответить «Да» или «Нет» на вопрос, «выдала ли Мата Хари агента, служившего Англии».

Большинство авторов склоняются к версии Массара. Согласно ей, в дело были замешаны шесть шпионов, работавших в Бельгии, которым Мата Хари — по инструкциям Ладу — должна была передать какие-то сообщения. Пятеро из них были двойными агентами, работавшими одновременно для Франции и для Германии, потому они были известны противнику. Шестой верно служил Франции. Считается, что через несколько недель он был расстрелян немцами. Это обстоятельство заставило заподозрить Мата Хари в том, что она выдала немецкой секретной службе все шесть имен. Затем немцы якобы отыскали из этих имен то одно, которое не было им известно, и расстреляли этого человека. Но нигде — ни в книге Массара, ни в книгах Ладу, которые считаются самими точными — этого расстрелянного агента не идентифицируют с работавшим на Англию человеком. О так часто упоминаемом в книгах разоблачении бельгийских шпионов на суде никто не вспомнил.

Рандеву в Гааге придумал сам капитан Ладу. Из-за этого события в жизни Мата Хари в те несколько недель после ее отъезда из Парижа стали представляться еще сложнее, запутаннее и подозрительнее.

Другое беспочвенное обвинение, часто предъявляемое Мата Хари, связано якобы с информированием французов о немецкой заправочной базе для подводных лодок в Медии в Марокко. Это место, Медиа, находится всего в шести милях к северу от Эль-Кенитры (раньше называлась Порт-Лиоте), потому очень сомнительно, чтобы немцы рискнули использовать его в качестве своей секретной базы. Но когда французы услышали, что Мата Хари может поставлять им такую информацию, они тут же сделали вывод, что она, вероятно, немецкая шпионка, «потому что такие сведения можно получить только от самих немцев». Этот вывод самый простой, который мог бы сделать агент контрразведки. Все сведения должны были поступать от немцев. И как раз именно ради получения их французское Второе бюро использовало шпионов — как французов, так и иностранцев. Когда Мата Хари повторила свою информацию о немецких подлодках лично капитану Ладу в Париже, тот был так удивлен, что воскликнул: — Не могу поверить! Невероятно! Хотя все авторы книг о Мата Хари утверждают обратное, капитан Ладу на суде никогда не врал и не отрицал эти показания Мата Хари.

После того, как она приняла предложение капитана Ладу вернуться в Голландию и шпионить для Франции, Мата Хари попросила его — если верить «Моим воспоминаниям» Ладу — разрешить ей сообщить о своем возвращении на родину посольству Нидерландов в Париже. Ладу не имел ничего против. Но из этого вопроса он сделал необычайный вывод. Он достойно сплетается с другими его нелогичными и преждевременными выводами. И теми, к которым он пришел раньше, и теми, которые сделал впоследствии.

Ладу пишет, что «теперь он еще больше был убежден», что она шпионка. Интересно, почему? Разве тот простой факт, что Мата Хари проинформировала посольство своей страны о своем возвращении на родину, доказывает, что она шпионка? Но по какой-то непонятной причине, Ладу считал именно так. Похоже, что любой шаг, сделанный Мата Хари, доказывал французской тайной полиции, что она работает на немцев.

Не получив от Ладу не только миллион, но и вообще ничего, Мата Хари, наконец, покинула Париж. Она поехала в Мадрид и Виго, где хотела сесть на борт голландского парохода «Голландия». Капитан Ладу обещал ей забронировать для нее каюту на этом корабле. Дата этого путешествия не приходилась, как пишут некоторые авторы, на начало или конец октября. Она пересекла французско-испанскую границу 6 ноября 1916 года. Это следует из четвертого и шестого штампа в ее выданном в Гааге голландском паспорте. Паспорт хранится в ее досье в парижском архиве.

ГЛАВА 14

Даже если британский флот в 1916 году и не правил морями на всей планете, то Ла-Манш он контролировал весьма плотно. Там англичане останавливали многие суда нейтральных государств и направляли их в британские порты для проверки пассажиров и грузов. Эта судьба ожидала и «Голландию», на которой Мата Хари хотела добраться до Нидерландов — а возможно, и планировала оттуда двинуться в Брюссель, чтобы выполнить работу, которую пообещала выполнить капитану Ладу. Пока корабль не пришвартовался в Фалмуте, на краю Корнуолла, ничего особенного не происходило.