Читаем Мастерица Ее Величества полностью

Всадники остановились, и тот, кто возглавлял их, повернул коня и направился ко мне. Сердце у меня упало. Это был не Ник, а граф Суррей. Он остановил коня и пристально посмотрел на меня. Не думая о том, что выгляжу как мокрая мышь, я сказала ему и показала направление:

– Мы с одним из охранников поехали к дальнему краю этого болота, но убийца застрелил его и охотился за мной! Это браконьер, я думаю, потому что там была еще туша бычка, разрезанная. Убийца одет в черный плащ.

Мне показалось, что графу понадобилось время на то, чтобы узнать меня и поверить в то, что я говорю. Он приподнялся на стременах и поднял руку. Четверо всадников немедленно понеслись к нам, копыта их коней стучали, словно в такт очередному раскату грома, остальной отряд направился в замок.

– Скачите вокруг этого болота или по нему, – приказал Суррей. – Арестуйте и приведите сюда любого человека, какого обнаружите, в плаще или без плаща.

– Будьте осторожны, он умелый стрелок из лука, – добавила я. – Он убил королевского охранника Сима выстрелом прямо в горло, и тело лежит там на земле!

– Отметьте место, где он лежал, привезите тело и приведите лошадей, – приказал Суррей своим людям. Они немедленно ускакали. Меня охватила слабость от облегчения, пока я не заметила, что граф рассматривает меня. Неудивительно, мокрая одежда облепила мое тело, а волосы рассыпались, как мокрая золотая завеса, и с них капала вода. Но тут я увидела во взгляде графа не недовольство, а похоть.

– Женщина королевы, – сказал он. – А, миссис Весткотт, Вероника.

– Верайна, милорд.

– Совершенно верно, – сказал он и подъехал ближе. Он наклонился и одной рукой подхватил меня и посадил боком перед собой на седло, затем повернул коня к подъемному мосту. Нагрудник его кирасы задевал мое плечо и бедро.

– Благодарю вас за помощь, – сказала я ему, стараясь не цепляться за него, а найти место, за которое можно ухватиться, на его большом седле. – Я убежала от этого человека и спряталась в болоте.

– Я догадался по твоему виду. Мои люди найдут его, и мы допросим его вместе. Да, умеешь ты притягивать всякие беды, миссис. В какой-то момент я решил, что это моя собственная маленькая селки вышла из воды.

– Селки, милорд?

– Подмененное дитя из моря, тюлень в воде и обольстительная женщина на суше. Шотландцы говорят, они сбрасывают свою шкуру и соблазняют мужчин. Селки живут со своими возлюбленными годами, особенно если мужчине удастся спрятать ее кожу, так что она не может снова вернуться в море. – Он рассказывал все это самым любезным тоном, но при этом положил руку мне на бедро и поглаживал тяжелым большим пальцам по влажным бриджам.

Я совсем замерзла от воды и ветра, но тут меня окатила волна жара. Убийца Сима, мой страх и головоломный бег – все казалось кошмаром, а теперь еще это?

Во внутреннем дворе замка, где, наконец, начался ливень, я попыталась соскользнуть с коня, но Суррей держал меня крепкой хваткой и, сойдя с коня, снял меня, так что я попала прямо в кольцо его рук.

– Ты замерзнешь до смерти, – сказал он голосом, привыкшим отдавать приказы, которым беспрекословно повинуются. – Я пошлю за твоей горничной, но тебе нужен жаркий камин и хорошая ванна, и ты должна рассказать мне подробно, что произошло.

– Благодарю вас, милорд, я зайду к вам позже, – ответила я и попыталась сделать шаг назад, но он сгреб меня своими длинными руками, стукнув ненароком о свою кирасу, чтобы получше ухватить.

– Нам надо позвать доктора, чтобы он осмотрел тебя, – заявил он, крепко держа меня и уводя на лестничную площадку, под арочный свод.

Новые страхи. Можно ли противиться желаниям графа или откровенно отказать ему? Я вспомнила, как Ник рассказывал, что король Эдуард, отец нашей королевы, развлекался тем, что брал в любовницы жен купцов из сити. Но граф обещал позвать мою горничную и доктора. Одного из докторов принца или собственного? А как знать, что может случиться в его апартаментах? Или я все неправильно поняла? Нет, я ведь не неопытная девчонка. Я видела такое выражение на лице моего мужа, особенно в первые годы нашего брака, и принимала его. На лице Кристофера я его ненавидела. А на лице Ника я хотела его видеть.

– Прошу вас, пустите меня, милорд. Со мной все в порядке. Я хочу попасть к себе в комнату.

– Тогда я провожу тебя и посмотрю, хорошо ли за тобой ухаживают.

Ник говорил, что графу Суррею, королевскому лорду-казначею, шестьдесят лет, но он был силен, как рослый шестнадцатилетний парень. Знал ли он и было ли ему дело до того, что от его крепкой хватки моя рука больно ударяется о его доспех? Ник, думала я. Где Ник? Неужели Суррей оставил его в пещере?

И словно мои настойчивые мысли вызвали Ника, я услышала вдалеке его голос.

– Ник! – крикнула я, а Суррей при этом пробормотал ругательство.

Я услышала шаги. Ник резко остановился перед нами, чуть не столкнувшись с графом.

– Верайна, ты не ранена? – задал он вопрос, не потрудившись оказать графу необходимые знаки внимания. – Люди графа сказали, что ты бежала через болото. Тебя могли убить!