Читаем Мастера вызывали? полностью

– Фомин и Латышев – обычные «летуны», сегодня здесь, завтра – там, ищут где легче и выгодней. Зачем такие дешёвые примеры? А кляузничать каждый может, много ума не надо. И предупреждаю вас: если вы пойдёте по этому пути, вам тоже придётся покинуть нашу организацию.

– Нет, я пойду другим путем – предлагаю организовать контроль за работой мастеров, пусть проверяют телевизоры, где новые детали вставлены, где старые, почему заменены.

Отпетов смерил его пристальным взглядом и неожиданно быстро согласился:

– Хорошо, попробуем что-нибудь организовать. Идите, трудитесь.

Посылая мастера работать, директор телеателье даже не представлял, в каком круговороте дел вращался этот настырный правдоискатель. После звонка сестры забот у него прибавилось. Но так уж устроен человек – он постоянно должен о ком-то думать, корыстно или бескорыстно, о ком-то заботиться, лишены этого лишь жалкие единицы, пустоцветы общества. Так что у Сергея в этом плане было вполне всё нормально, и хотя заботы тяготили сознание, но они же делали его жизнь осмысленной, нужной другим.

После получения в ателье адресов клиентов, он теперь вначале бежал на вокзал, где помогал разгружать товарные загоны, и после тяжёлого физического труда переходил к умственному, то есть ремонту радиотехники. Но это всё уже после основного трудового дня.

Как он ни крутился, как ни старался, но больших денег не получал, и не потому, что не умел работать, а потому, что был очень честен, прямолинеен и принципиален, то есть имел как раз в себе такие качества, которые мешают зарабатывать крупные суммы и обогащаться. Да и деньги, как таковые, ему были не нужны, хотя на первый взгляд могло показаться, что всю свою жизнь он посвятил накоплению жалких бумажек. Сам он об этом говорил так: «Деньги мне нужны только для того, чтобы отдать их другим», что впрочем, он и делал. Молодой человек не копил их «в чулок» и не откладывал на сберкнижку, последней у него вообще не существовало, а все излишки высылал сестре. Теперь же появился и отец, его тоже необходимо было не только кормить, но и одевать, так как выяснилось, что из одежды он не располагал ничем, даже тёплым пальто и шапкой, все пропил, прокутил в своё время, не заботясь о том, как будет встречать зиму.

Николай Афанасьевич сам о себе не думал, надеясь на «авось», но сын уже сейчас, летом, подумывал, что хорошо бы к осени поднакопить деньжат ему для зимней одежды. К тому же, предстоящая свадьба требовала отнюдь не ста рублей, потому что он не мог допустить, чтобы будущие родственники со стороны мужа сестры потом упрекали его или, что еще хуже, хвастались, что все расходы на свадьбу они взяли на себя, а он, брат невесты, оказался несостоятельным. Так что деньги ему были необходимы исключительно для других. Не зря говорят: «Добрый человек не бывает богатым».

Получив деньги за разгрузку, Сергей направился по вызовам. Очутившись в северном микрорайоне, он сразу же вспомнил о Женьке, и его невольно потянуло к мальчугану, а возможно, и не только к нему, но в остальном он не хотел признаваться себе, поэтому и мы не собираемся выдавать его, пусть остаётся в приятном заблуждении.

«Проверю, как живётся мальчонке, – решил он. – Как-никак мой старый знакомый».

На всякий случай он заскочил в магазин и, набрав продуктов, встал в очередь в кассу.

Пожилая сухощавая кассирша с длинным носом, бросив на него оценивающий взгляд, затрещала счётным аппаратом. Взгляд Сергею не понравился, он сразу понял, что его сейчас обсчитают. Кассирша, видимо, по лицу определила, что парень спокойный, интеллигентного вида, а такие обычно стесняются устраивать скандалы из-за нескольких копеек и терпеливо сносят, когда их обсчитывают, но на этот раз она просчиталась.

Сергея не переносил обмана, надувательства и хотя по натуре не был скандалистом, любил справедливость. Всякая непорядочность вызывала в нём бурю негодования. Продавцам он не доверял, поэтому еще до того, как приблизился к кассе, мысленно просуммировал все покупки.

– Пять рублей семьдесят копеек, – оповестила кассирша.

– Вы ошиблись – пять рублей три копейки, – поправил Сергей хладнокровно.

Кассирша моментально вскипела:

– Не думаете ли, что машина хуже вас считает? Будет мне тут всякий указывать.

– Пять рублей три копейки, перечитайте, – спокойно, но настойчиво повторил покупатель.

Кассирша защёлкала на аппарате, но, как ни странно, у неё получился тот же результат.

– Пять рублей семьдесят копеек, – вызывающе нагло заявила она.

– Вам, может, на бумажке расчёт предоставить? – не сдавал позиций Сергей. – Я повторяю – вы ошиблись. И пока правильно не сосчитаете, не заплачу.

Кассирша смерила его ненавистным взглядом, выразившим, что она презирает его за мелочность, и обронила сквозь зубы:

– Плати и не задерживай очередь.

Из магазина Сергей направился к дому, где жили Холмогорские, поднялся на пятый этаж, позвонил.

Из-за двери раздался детский голосок:

– Кто там?

– Открывай, Женя. Это дядя Серёжа.