Читаем Мастер Зеркал Книга III полностью

Я отправил одного из дежурных охранников за свечами,барабаном и ритуальными благовониями. Второму поручил притащить мне сюда жаровню и разогреть её как следует.

А пока стражники занимались моими поручениями, я перекантовывал увесистую тушку демона в середину камеры и укладывал его на спину в соответствии с ценными указаниями, которыми меня щедро снабдил Эшу Опин.

Далее Опин попросил на некоторое время уступить ему контроль за моим телом, и, не щадя моих штанов, начал ползать вокруг бесчувственного демона на карачках, и высунув от усердия кончик моего, заметьте, языка, чертил мелом на каменном полу какие-то загадочные фигуры.

В основном это были круги, в которых он вписывал различные затейливые загогулины, трезубцы и стрелки.

— Что это? — поинтересовался я.

— Это веве, магические печати, концентрирующие тонкие энергии и облегчающие манипулирование ими, — Эшу Опин вещал, как маститый преподаватель, взгромоздившийся на университетскую кафедру, — конкретно эти веве, что я сейчас рисую, предназначены для того, что бы я мог без особого труда вселиться в это тело, а та сущность, которая пока является его владельцем, вылетела бы из него, как пробка из бутылки, и отправилась в пекло, где ей самое место.

— Интересно, — мне действительно было интересно. Похоже, что это штуки весьма полезны в нелёгком деле оперирования энергетическими потоками, — а меня научишь?

— Ишь ты, — гыгыкнул Лоа, — любознательный-то какой. Научу, конечно, только тебе долго учиться придётся. Тут всё не так просто, много всяких нюансов. Да и запоминать большие объёмы информации придётся.

— Ну, какие наши годы, мозг ещё не совсем окаменел, хвала богам. Так что, буду учиться, — подтвердил я своё желание, — нужные же знания.

— Это да, — проскрипел ориша, продолжая протирать колени моих штанов, — знания, это всегда хорошо…

Монахи во все глаза наблюдали за тем, как вокруг лежащего демона появляются всё новые и новые знаки и загогулины, им совершенно незнакомые.

Они чинно расселись рядком на грубой деревянной скамье, стоявшей у одной из стен.

Скамья эта, судя по всему, служила нарами для невольных постояльцев этой камеры, которых сюда заселяли, как правило, не интересуясь их мнением на этот счёт. А вот теперь на ней восседали почтенные иноки.

Иноки, видимо, решили проконтролировать соблюдение мною техники безопасности при работе с нематериальными и инфернальными сущностями. Ну и любопытство своё удовлетворить, конечно.

Но, надо сказать, что мои действия они наблюдали молча, и в тишине, которая повисла в камере можно было различить едва слышный звук крошащегося о каменные плиты пола мелка.

— Если по хорошему, то тут, конечно, лучше было бы для начертания веве использовать муку или, хотя бы, тёртый кирпич, — пробурчал ориша, — но ничего, я думаю, что мелок вполне за тёртый кирпич сойдёт, если не приглядываться.

В тюремном коридоре послышались приближающиеся шаги. Вероятно, это возвращался мой посыльный.

Хотя прислушавшись, я понял, что к нам идёт не один человек, а гораздо больше.

И да, вместе с охранником в камеру вошли Ануэн и Нуота. В руках они держали джембе, пакетики с благовониями, и кучу всяких прочих мелочей, которые обычно используются в наших ритуалах.

А у охранника в руках я заметил переносной алтарь и клетку с чёрным петухом.

— О, птичка, — радостно прокомментировал появление охранника с птицей Эшу Опин, — а я и не просил, думал нету, а вы запасливые какие оказались.

— Это Ануэн, это она у меня умница, — переадресовал я похвалу.

— Да что бы вы без меня делали, — улыбнулась Ануэн.

Нуота же смотрела вокруг большими глазами, для неё наши обряды были пока в диковинку, хоть она уже и принимала в них участие. Кроме того её смутили сидящие на лавке и молча наблюдающие за происходящим монахи.

— Ануэн, давай, бросай травы на жаровню, — мысленно скомандовал Эшу Опин.

Ануэн подошла к жаровне и щедро сыпанула экзотических благовоний на раскалённую медь.

В неподвижном воздухе тюремной камеры причудливо извивающимися струями начал расползаться ароматический сизоватый дымок.

— Молодец, девочка, теперь мы всё по уму забабахаем, — похвалил её Эшу, после чего обратился уже к обоим девчонкам, — так, девушки, теперь расставьте свечи по бокам этой тушки, и в изголовье, зажигайте их, а потом начинайте барабанить. Только аккуратнее, веве мне тут не смажьте.

Нуота с непривычки вздрогнула, услышав в голове скрипучий голос моего ориша.

— А мы с тобой, бро, займёмся птичкой, — Эшу обратился уже ко мне, — ты не против, если я пока твоей драгоценной тушкой продолжу управлять?

— Управляй, что уж с тобой делать, — мысленно вздохнул я.

— Спасибо, бро, — поблагодарил меня Опин, одновременно примеряясь, как бы половчее перерезать горло обречённому на заклание петуху.

А Ануэн с Нуотой угнездились под стенкой на табуреточках, которые им приволок предупредительный охранник, и принялись стучать в барабаны.

Сначала я еле слышал эти звуки, но со временем громкость увеличилась, равно как и темп.