Читаем Мастер сновидений полностью

Платье и чулки, продемонстрированные в дамской комнате, произвели ожидаемый фурор. И когда мы с Торканной прогуливались вдоль столов на нас знакомо пялились. Особенно этим страдала дамочка из Совета. Я думала, она себе свернет шею, так она рассматривала меня и мою подругу. Какой-то интерес у нее нездоровый, может она берет пример с эльфов и из этих, ну, которые предпочитают тот же пол? А так и не скажешь…

Вдруг я почувствовала на себе тоскующий взгляд синих глаз. В углу зала стоял сейн Калларинг, делал вид, что беседует с доджем, а сам беззастенчиво пялился на меня. Его взгляд по-прежнему волновал меня и заставлял сердце биться неровно. Я столько времени пыталась найти ему замену, вернее не ему, а стражу Сигвару, и не нашла. Были, были на первый взгляд, подходящие кандидаты, но… У одного во рту вместо зубов оказались один пеньки, у другого изо рта так пахло чесноком, что можно было зажечь огонь, у третьего на пальце оказалось кольцо, а четвертый отсутствовал в Караваче.

На земле наличие обручальных колец никого не останавливало, но не здесь. На Лари богиня Мурана следит за выполнением данной ей клятвы, у нас клянутся в верности друг другу и потом эти клятвы легко нарушают, без ущерба для себя. А здесь все по другому, здесь клянутся не партнеру, а богине, и за соблюдением клятвы следит она, и если нарушишь, то…. Я слышала много баек на эту тему, и не очень-то верила, но потом, почитала в библиотеке несколько книг, и для себя решила, что лучше под гнев богини не подставляться, так оно спокойнее. Ведь под гнев попадает, не только нарушитель клятвы, но и тот с кем он ее нарушает.

Страж, милый страж… Помириться что ли? А почему бы и нет? Мне скоро опять уезжать в пустыню почти на год, а там этим делом можно заняться только с варгами и эльфами, а не те ни другие у меня желания не вызывают, другое дело сейн.

— Торкана, душечка, подыграй мне…. Мы сейчас мимо полковника проходить будем, ты меня толкни, чтобы я на него вино выплеснула. Хорошо?

— А зачем он тебе? Ты же ему отказала?

— Я отказала сейну, а не стражу.

— Какому стражу?

— Потом объясню…

Торкана была великолепна, вот что значит с малых лет в высшем обществе. Разыграно все было как по нотам. Неловкое движение и на черный мундир падают несколько капель вина.

— О, извините меня, извините… — Из крохотного кармашка извлекается снежной белизны шелковый платочек с умопомрачительными кружевами, и я начинаю промокать попавшие на мундир капли.

— Асса Анна все в порядке, не надо, не стоит. — Берет мою руку с платочком и целует, он сама корректность, а в глазах такая тоска. Додж ловко испарился, словно его и не было, боится, что опять могу разнести что-нибудь и мудро решил держаться подальше.

— Ах, сейн, как мне загладить перед вами свою неловкость? Чем утешить?

— Асса, вы мне один раз уже отказали в том, что могло бы меня утешить, а Дьо — Магро второй раз ни о чем, и ни кого не просят. — В голосе металл, а в синих глазах тоска вперемешку с болью.

— Я, сейн, отказала вам как Дьо — Магро, и всем сейнам отказала.

— А оглашение?

— И вы, и я знаете, что объявленное глашатаем событие никогда не состоится, но наемница Анна не отказывала в посещении ее постели стражу Сигвару, это он перестал приходить к ней. — Поворачиваюсь и ухожу.

За всеми этими передвижениями Анны зорко наблюдали многочисленные глаза. Одна пара глаз принадлежала Великой, а вторая ее придворному магу и троюродной сестре.

Когда Великая Иллари ехала в Каравач, она ожидала увидеть в качестве претендентки молодую хорошо воспитанную девушку с некоторым магическим потенциалом. А то, что она наблюдала, ей совсем не нравилось.

Да, девушка была молода, но не слишком. И внешность так себе, таких в столице называли "страшненькими": светло серые, очень холодные глаза, разрез глаз по-своему оригинален, чуть-чуть раскос, как у эльфов. А вот нос явно подкачал, довольно крупный и с горбинкой, но профиль получился пикантным. Подбородок округлый, но твердый, темные не по моде волосы. А фигура! Вот ее подруга, хороша — худа и изящна по последней моде, а эта… Плечи широкие, руки излишне мускулистые. Точеные линии длинных ног подчеркивали бесподобные чулочки, ничего не скажешь. И фигура тоже ничего, но крепко сбитая. Талия тонкая, но нет в ней того изящества, что требует современная мода. Больше всего ее фигура напомнила Великой фигуру циркачки, тоже сплошные мускулы, жилы, и бьющая через край сила и воля.

"А как она одета! Спаси меня Пресветлая от того портного, что сшил ей это платье. И как ей не стыдно выставлять напоказ почти голые ноги. А откуда у нее такие чудесные чулочки? Надо будет отправить управляющего на ярмарку, пусть купит мне такие же и десяток пар не меньше. Не девица, а сплошной эпатаж. Причем местные видимо уже привыкли к ее выкрутасам. А что там в магическом плане?" И взор Великой обратился на свою сестру.

— Ну, что? Какой у нее уровень?

— Магистр, не меньше, но вот как она всем этим умеет пользоваться, вот это вопрос.

— А что еще?

Магесса пожала плечами: