Читаем Мастер сновидений полностью

— Ну, почти… — Все смотрят мне в рот и ждут подробностей, если не наскажу добровольно, то вопросами замучают.

— Была я на этом балу, вместе с демоном, вон он под столом сидит, попрошайничает, и не страшный совсем, только соленого ему ничего не давайте. Сад у дожда, да, немножко пострадал, так я же его и восстанавливать буду, когда в себя после вчерашнего приду… Еще вопросы есть?

Все вместе дружно отрицательно мотают головами.

— Я слышала, вы тут мальчишник устроить собирались? Кого женим?

Все также дружно показывают на Рора, тот краснеет.

— Ну, за счастливого жениха! — Все поднимают кружки …

Сейн Калларинг сидел дома в пустом и гулком особняке, пил ром в компании старинного друга ассы Тадиринга и … страдал. Нет, поломанные ребра уже успешно срослись, болезненно страдало его самолюбие. Каравач наполнили слухи и сплетни. Его, главу и безупречного аристократа древнейшего Рода обсуждали досужие сплетники, и не только обсуждали, но и смеялись…

— Тадиринг, объясни мне, что я сделал не так?

Этот вопрос поставил старого мага в тупик, до этого момента, полковник не сказал по поводу происшествия на балу ни слова, только морщился, читая рапорты о положении в городе.

— Ты имеешь в виду, почему тебе отказали в такой … грубой форме?

— Да, объясни мне я не понимаю… Я все сделал правильно, и любая наследница Великого Рода, находящаяся в той же ситуации, что и асса Анна, должна была более чем благосклонно принять мое предложение.

— Видишь, ли Калларинг, любая, да, но… Асса Анна не получила соответствующего воспитания, до бала она вообще не знала, что является какой-то там наследницей, и относилась к тебе, не как к сейну Дьо — Магро, а как … к понравившемуся ей мужчине. Вот и результат…

— И что мне теперь делать?

— А что ты хочешь? Объединить ваши роды, ТАК, как ты ей предложил? Так на это надежды нет, и не пытайся, не согласится. А вот вернуть ее к себе в постель, это вполне вероятно… Попытайся, вдруг да получится.

Дьо — Магро покраснел, опустил глаза и задумался.

— А чего ты на нее так запал? Красоты особой нет, симпатичная, да, но не красавица. А уж с твоей покойной женой и сравнить нельзя… Еще и ведьма, к тому же.

— Наверное, потому, что она не похожа на Дайоне. — Дьо — Магро, со времени трагедии, переломавшей всю его жизнь, не касался воспоминаний о жене, и никогда не говорил о ней, даже со свои лучшим другом и соратником. И никогда не упоминал ее имени, и при попытках поговорить о ней и прошлом, замыкался в себе и впадал в мрачность. А тут вдруг…

— Тадиринг, ты же знаешь, КАК я любил Дайоне, и чего лишила меня ее смерть. Сейчас, оглядываясь на прожитые годы, я могу сказать, что был с ней счастлив. Но, пресветлая богиня, как же тяжело жить рядом с человеком, для которого ты открытая книга, который знает все твои мысли и желания… даже если вы любите друг друга. — Последнюю фразу он прошептал. — Я все еще люблю ее, но начинаю забывать… А асса Анна, она другая, она не лезет в душу, с ней легко и просто. У нее тело молодой девушки и, в то же время, циничность и опыт много повидавшей женщины. Мне с ней было очень хорошо в постели, она не стеснительна, как Дайоне. Я невольно их сравниваю, и не нахожу ничего общего, что мне и нравится.

— Тогда за каким … ты полез свататься?

— Ну, ты же знаешь наши местные нравы, если бы я не сделал ей предложение первым, то, как только я бы от нее отошел, то к ней выстроилась бы очередь, из желающих сделать ей подобное предложение. А потом, увидев, чем все это для меня закончилось, поостереглись, но через недельку придут в себя, и начнется… Предложения посыплются на нее как… помет перелетных гварричей. А я просто хотел, и сейчас хочу, чтобы Анна всегда была со мной… Рядом с ней я чувствую себя помолодевшим лет на пятнадцать, двадцать … Мне снова хочется жить, жить не ради Рода и города, а ради себя, потому, что на улице хорошая погода и птицы поют.

— Ну тогда, чего же ты тут сидишь? Приударь за ней…

— Как? Я забыл, как это делается, а может и не умел никогда … — Дьо — Магро с надеждой посмотрел на старого друга.

— А что она сейчас делает?

Полковник зашуршал бумагами.