Читаем Мастер снов полностью

Хэл серьезно кивнула. Она тоже была готова действовать. Учиться, набираться опыта. Рисковать. Пожалуй, Тайгер в ее лице получил бы прекрасного охотника. Может, я сдерживаю ее способности обучением целительству?

Остаток ночи прошел спокойно.

А ранним утром я услышал, как хлопнула калитка, и, выглянув в окно, увидел кудрявую макушку главного героя вчерашнего сна, уверенно направляющегося к дому.

По тропинке шел Никос. Реальный. Живой и здоровый. Только немного бледный.

Я вышел на крыльцо.

— Доброе утро, Никос.

Он выглядел слегка замороченным, сбитым с толку. Улыбчивая, курносая физиономия была несколько растерянной, а в бледно-серых глазах, потерявших малахитовую зелень, отражалась упорная работа мысли.

— Мэтт, — сказал парень, глядя на меня так, словно не узнавал. — Так странно видеть вас в реальности.

— Зайдешь?

Он посмотрел на дверь за моей спиной и отрицательно мотнул головой.

— Нет. Я на минуту.

— Тогда пройдем туда.

Я направился по тропинке, ведущей в дальнюю часть двора. Там, среди одичавших яблонь с корявыми стволами, покрытыми пятнами серого лишайника, стояла рассохшаяся скамья со скособоченной спинкой. Мы сели. Помолчали. Никос смотрел на старые деревья, но видел явно что-то другое. Ветер шелестел потускневшими листьями, влажный воздух пах сырой корой и подгнивающими плодами, упавшими в поникшую траву. Где-то каркала одинокая ворона. Соседний дом виднелся за забором, и его стены вызывающе белели сквозь искривленные ветви.

— Этот сон до сих пор стоит у меня перед глазами, — озвучил наконец Никос свои мысли.

— Правда? — Я протянул руку, сорвал маленькое позднее яблоко и бросил ему. Парень поймал его, усмехнулся и вроде бы немного пришел в себя.

— Я думал, будет легко, просто, весело. Не слишком опасно, не слишком сложно, увлекательное приключение… — Он в замешательстве уставился на желтый плод в своих руках. — Скажите, Мэтт. Там… в Баннгоке, действительно так? Если не принимать во внимание дэймоса, пытавшегося меня убить?

Я мог бы слегка сгладить для него реальность чужого города и даже приукрасить в более романтичную сторону. Успокоить. Но я сказал честно:

— Да. Так.

— Я ожидал… кино, картинки со стороны, а все было… — Мой клиент снова запнулся, мучительно подбирая нужные слова.

— Как в жизни?

— Да. И боль была очень настоящей. Еще раз извините, что вам пришлось ввязаться во все это из-за меня. — Никос с искренним раскаянием взглянул из-под кудрявого чуба.

— Это моя работа.

— Меня теперь накажут за использование нелицензионного сна?

— Ты уже достаточно наказан.

— Со мной говорили люди из Пятиглава. — Он чуть улыбнулся. — Те, кто были Туаном и Кеугой. Они сказали, что не смогли задержать дэймоса.

— Да, — ответил я после короткой паузы. — Не смогли. И теперь, полагаю, ты будешь под наблюдением. Когда он задумает вернуться в твое подсознание и завершить начатое.

Никос снова взглянул на яблоко в своей руке.

— И все же это было невероятно. Самое невероятное, что произошло со мной за всю жизнь. И вот еще что, — он снова посмотрел на меня, в его глазах отразилась та самая малахитовая зелень из сна. — Я многое понял о себе и о своей жизни.

— Неужели?

— Я собирался поступать в университет на машиностроение. Но теперь окончательно осознал, что это совсем не мое. Хочу заняться другим.

— Чем же?

— Архитектурой, — мельком улыбнулся он в ответ. — Всегда интересовался, но не воспринимал всерьез. А после этого сна, после всего, что со мной случилось, понял, что зря теряю время. И еще я почувствовал себя свободным. По-настоящему. Осознал, что действительно свободен и могу позволить себе принимать собственные решения, не боясь ошибки. И еще… Прежде я совсем не ценил Полис. Мне казалось, здесь слишком размеренно, спокойно, предсказуемо. Но тот город показал, какой может быть изнанка жизни. И мне она совсем не понравилась.

Его страстный монолог прервало появление Хэлены. Кутаясь в свою безразмерную куртку, она спустилась с крыльца, неторопливо приблизилась к нам, кивнула воспрянувшему Никосу и протянула мне телефон.

— Тебе звонили. Может, что-то важное?

— Прошу прощения, — сказал я собеседнику, посмотрел на высветившийся незнакомый номер, провел по экрану, поднялся со скамьи и отошел на пару шагов от ребят.

Долгие гудки сменились тишиной, и далекий женский голос произнес:

— Слушаю.

— Добрый день, вы мне звонили только что… — начал я вежливо.

Меня перебил тихий смех и негромкое:

— Не узнаешь меня?

Отзвук далекого прошлого. Сначала мне показалось, что слух подводит меня. Но затем, когда все файлы сложились в моей голове, перед глазами вспыхнул яркий образ, заслонив собой притихший осенний сад.

— Эйни! Это ты?! — Мой радостный вопль заставил Хэлену и Никоса стремительно повернуться, едва не подпрыгнув на скамье. — Ты жива?!

— Да. Это я. — В ее тихом голосе, напоминающем блеск солнечных лучей на воде, прозвучала едва уловимая улыбка.

— Но как?! Как тебе удалось?

Она считалась мертвой. Погибла, спасая одного из пациентов. Она была самой светлой, веселой сновидящей из всех, кого я знал, и общаться с ней было одно удовольствие.

— Меня вытащила младшая дочь.