Читаем Мастер снов полностью

— Потому что в предупреждении, которое увидела Хэл, ты уже пропал. Скорее всего, мертв. Она снова вошла в свой провидческий сон, и он начался с того же места, из которого я ее выдернул, разбудив: тебя нет, Рик ранен.

Похоже, его не удивило и не напрягло известие о собственной смерти.

— То есть ты не можешь ее найти сейчас?

— Нет. Пока нет. Это ее предсказание. И она должна досмотреть его до конца. Но мы все равно постараемся ей помочь. Идем.

Здание, по которому мы шагали, по-прежнему было красивым, чистым, солнечным. Одна стена коридора — сплошные окна, за которым зеленел густой сад, другая — ряд одинаковых дверей из светлого дерева. В простенках барельефы и статуи.

— Это место очень напоминает гимназию, в которой я учился, — сказал мой спутник.

— Схожесть полная или есть отличия?

Он еще раз огляделся, сверяясь со своими воспоминаниями.

— Тут все кажется бесконечным. Больше вроде отличий никаких…

Коридор снова дрогнул. Издали долетел неясный звук, приглушенный грохот и тут же стих. С той стороны, где осталась Хэл, кто-то пытался пробиться к нам, может быть, и она сама. Но безуспешно. Зато в этом пространстве произошли изменения.

Впереди, в нескольких шагах от нас, кто-то был. Человек сидел на полу, на коленях, спиной к нам, сжавшись в комок, уткнувшись лицом в каменные плиты.

Я слышал тихие стоны и всхлипы, видел вздрагивающую спину, туго обтянутую когда-то белой водолазкой. Теперь ее покрывали серые полосы и разводы, край порван. Кудрявые волосы слиплись от воды и грязи.

— Орфа! — Марк устремился было к ней, но я протянул руку, удерживая его, жестом велел держаться позади.

И медленно направился дальше. Прохладный воздух коридора как будто сгустился, движения в нем стали заторможенными, приходилось преодолевать вязкое сопротивление сна, виснущего на моих ногах и плечах.

Сдавленные стоны стали громче. Но девушка по-прежнему не двигалась.

Марк посмотрел на меня с тревогой и непониманием, а еще в его светлых глазах мелькнула тень страха. Просторный, гармоничный, красивый коридор стал для него ничуть не лучше, чем прежний полутемный, полузатопленный и разрушенный.

Я неторопливо обошел девушку, наклонился и очень осторожно опустил ладонь на ее спину. Та была очень холодной, почти ледяной. Орфа замерла, сжимаясь еще больше. Я присел напротив, взял ее за оба плеча и почти силой заставил выпрямиться.

Марк издал невнятный возглас, в котором звучало острое сострадание и яростное возмущение одновременно. Шагнул к девушке, встал на колени рядом, однако, наткнувшись на мой предостерегающий взгляд, не прикоснулся к ней.

Та закрывала лицо обеими руками, но между белыми пальцами струилась алая кровь.

— Орфа, — произнес я так мягко, как только мог. — Все хорошо. Ты в безопасности.

— Мои глаза… — выговорила она срывающимся голосом, — мои глаза…

Я положил ладонь на ее кудрявый затылок и привлек к себе, чувствуя, как кровь пропитывает мою рубашку.

— Сейчас ты проснешься. И забудешь обо всем, что произошло здесь. Хорошо?

Она сделала попытку кивнуть, но снова застонала от боли. Тогда я чуть отстранил Орфу от себя, сжал ее голову, коснулся губами лба и прошептал:

— Просыпайся.

Девушка глубоко вздохнула и упала на камни пола, по-прежнему не отводя рук от окровавленного лица. Неподвижная, холодная, успокоившаяся…

Марк медленно потянулся к ее запястью, чтобы чуть сдвинуть ладонь и посмотреть, но мой резкий приказ заставил его отшатнуться от застывшего тела.

— Не трогай!

— Что с ней случилось?

— Фобетор Хэл лишил ее глаз, — ответил я, взял спутника за плечо, заставил подняться и последовать за собой. — Вот мы и получили первый знак. В реальности Орфа увидит что-то или кого-то, кого не должна видеть. Если уже не увидела.

— Ты говоришь об этом столь уверенно. — Марк оглянулся на девушку.

Я испытал искушение ответить так, как обычно отвечал в подобных случаях Феликс — «Я знаю все», но сказал вместо этого:

— У меня большой опыт.

Мужчина попытался оглянуться еще раз, но я сильнее сжал его предплечье.

— Не смотри туда больше. Сон обманчив и любит подбрасывать ложные знаки.

Лицо Марка стало сосредоточенным и строгим.

— Почему ты не хочешь разбудить меня?

— Потому что никаких убедительных знаков по поводу тебя я еще не получил.

— А не убедительных? — криво улыбнулся журналист.

— Этих сколько угодно. Но они…

Мой голос заглушил громкий вопль. Коридор перед нами разорвала широкая трещина, цепляясь за ее край уже самыми кончиками пальцев, прямо у меня под ногами висел Рик. Испуганное лицо со следами крови и грязи застыло от напряжения, губы закушены, взгляд разноцветных глаз кажется остановившимся. Я упал на пол, схватил его за руку, втягивая наверх, Марк рухнул на колени рядом, схватив брата Хэл за вторую руку. Но неведомая сила тянула мальчишку назад, мне в лицо брызнула кровь. Трещина начала стягиваться.

— Держи! — крикнул я спутнику. — Крепче!!!