Читаем master of loop полностью

“Тогда будь рядом с ним, когда ветры остынут и кровь высохнет”.

“…” ворон исчез в клубах пепла и ветра, исчез, словно его и не было. В этот момент последний крик, казалось, отозвался эхом — и тишина резко сменилась покоем.

Она видела его вдалеке, за покровом темноты, ночи и трупов. Его спина казалась такой… маленькой. Та, что раньше несла на себе тяжесть небес, теперь выглядела несравнимо маленькой, сгорбленной. Он опирался на меч, воткнутый в землю, его кожа была полностью багровой от крови.

Она подошла к нему, и он понял, что она здесь, только когда она остановилась перед ним. Взгляд его глаз был преследующим, едва ли он был в сознании. Он тяжело дышал, его лицо все еще было залито свежей кровью.

“…Слава богам, ты забудешь это дерьмо”, — сказал он, выпрямляясь, вытирая кровь со лба и убирая прилипшие к нему волосы. “Странно, что ты сейчас не визжишь”.

“У меня внутри все скрипит”, — слабо улыбнулась она, вызвав бутылку с водой и умыв ему лицо.

“Конечно”, — сказал Сайлас, потягиваясь и опуская меч.

“Сколько раз ты умирал?” — спросила она.

“Одиннадцать? Может быть?” ответил Сайлас. “Честно говоря, на полпути все стало как в тумане. У меня все еще осталось два сердца, так что я никогда не был в реальной опасности”.

“Да, да, ты просто герой. Один человек против целой армии. Песни будут спеты”.

“Больше похоже на ужастики”, — сказал Сайлас. “Хочешь поспорить со мной о том, как они отреагируют? Спорим, половина из них встанет на колени при виде меня, молясь, чтобы я не убил и их. Половина другой половины будет проповедовать, что я зашел слишком далеко. Оставшаяся половина половины будет умолять меня, чтобы я продолжал это дерьмо”.

“… люди предсказуемы”, — сказала она. “Ну, кроме тебя. Тебе всегда удается удивить меня”.

“То же самое”, — легкомысленно усмехнулся он. “Ты, должно быть, действительно любишь меня, да?”

“Хм?” она изогнула бровь.

“Ну, вот ты здесь. Смываешь кровь с моего лица. В окружении буквально десятков тысяч трупов, которых я убил. Почему-то мне кажется, что я развратил тебя”.

“О, ну, да. Ты, конечно, сделал это”, — сказала она. “Я была чистейшей девой, понимаешь? Замужем за богами. Но ты украл меня, как дьявол! Околдовал меня своими чарами. И теперь… теперь я под твоими чарами, как игрушка! Какая проклятая судьба, не правда ли?” Сайлас тихонько закатил глаза, когда Аша вызвала два стула, и они сели.

“Твой язык растет”.

“Должен, чтобы не отставать от твоего”.

“… это ужасно, Аша”.

“Что такое?”

“Я не чувствую этого”.

“Чего?”

“Чувства вины”.

“…”

“Во мне зияет дыра”, — сказал он, глядя вниз. “И я… Я знаю, что должен что-то чувствовать. Но… ничего нет”.

“Но ты чувствуешь это?”

“… а?”

“Эмоции не зависят от сердца, Сайлас”, — сказала она. “Они в равной степени относятся как к голове, так и к сердцу. Без вины виноватые даже не знают, что должны чувствовать вину. Иногда… достаточно просто знать”.

“…У тебя действительно растет язык”, — сказал он. “Ты должна заставить его остановиться”.

“Э-э-э?”

“Да ладно. Единственное, что я привношу в эти отношения, — это быстрый и острый ум и нефильтрованный язык”, — сказал Сайлас. “Если ты отнимешь это у меня, то кто я? Просто тело, полное идеальных мышц?”

“Мне этого достаточно, понимаешь?” — улыбнулась она.

“Я вдруг почувствовал себя таким грязным”.

“Тогда мы точно не должны дарить тебе зеркало”.

“… ааа. Вот оно. У меня ничего не осталось”, — Сайлас повалился набок. “Это… это как будто моя цель истощается горячей штукой рядом”.

“Хотя я бы с удовольствием потакала твоим глупостям”, — сказала Аша. “Думаю, пришло время, Сайлас”.

“Для чего?”

“Увидеть лица людей, ради которых ты это сделал”, — сказала она. “Рано или поздно тебе придется встретиться с ними лицом к лицу. Нет, не так”, — быстро перебила она. “Только рано”.

“Да, наверное. Пришло время посмотреть, как некоторые детишки обделаются”, — Сайлас встал и потянулся. “По крайней мере, их реакция будет нормальной, по сравнению с твоей”.

“Ты хочешь сказать, что я ненормальная?”

“Ты хочешь сказать, что это не так?”

“Ну, это просто разбивает мне сердце”, — сказала она, взяв его за руку. “С тобой все будет в порядке?” — спросила она.

“Да”, — сказал он. “Это будет не в первый раз”.

Через десять минут они снова прошли сквозь тьму и груды трупов и добрались до лагеря. Там, как он и предполагал, он увидел, что все смотрят на него — глаза застыли в сотнях эмоций, больше, чем могло сосчитать сердце. Кто-то дрожал, кто-то смотрел вниз, кто-то кипел… тысячи губ произносили тысячи слов.