— КРЫСА ТЫ, СЕМЕНОВ!!! — один виконт буквально чуть не задыхался от ярости.

— Я этого никогда не забуду! Можешь не сомневаться!!! Пи**** тебе! — тявкнул кто-то еще.

Все это выглядело смешно, хотя злость буквально сочилась из них. Меня это только забавляло. Семенов, напротив, оставался скорее спокойным. Он понимал, что такой исход был неизбежен, и если ему и есть кого опасаться, то точно не их, а меня.

— Простите, господа, но я проиграл… — и было видно, что ему искренне срать на их негодование.

— И ведь он действительно не врет, — вставил я, не переставая улыбаться. — Как-то я заглянул к Семенову в гости, и он мне впрямь проиграл. Откупился же всеми вами с поразительной легкостью.

Что ж… Мир меняется, а люди нет. Граф выдал этих «союзников», чтобы спасти своих близких. Логично и вполне предсказуемо.

— Так что теперь, — продолжил я, хлопнув в ладони, — у вас не так много вариантов. Или подписываете бумаги, которые я вам дам, или все сдохнете! — «обрадовал» я их еще больше.

Сегодня же будет подписан мирный договор, а мои должники, присутствующие здесь, подпишут еще и договор о выплатах. По-другому никак — никто не хочет отправиться к праотцам раньше времени.

Пускай в зале более пятидесяти представителей разных Родов и на улице стоят их личные гвардии — это ничего не меняет. Даже наоборот, упрощает достижение моей цели.

Разумеется, многие Рода не собирались выплачивать гигантские суммы, и я сразу понял, что кое-кто потянулся к телефонам под столами. А это значит, через пару минут попытаются меня прикончить.

Так и случилось. Никто не успел толком выразить недовольство условиями, когда в подземный этаж ворвалось около пяти тысяч вооруженных гвардейцев от разных Родов. Но я и не думал ломать себе голову, что с ними делать. Просто не подпускал их близко — ломал на месте. Кости хрустели так быстро, что пол буквально устилали штабеля из тел.

— О Господи, что это такое⁈ — воскликнул один из аристократов, глядя на разгром с расширенными от ужаса глазами. Такого они еще не видели.

Разве что какой-то особо могущественный лекарь из рода Распутиных смог бы воздействовать на столько людей одновременно, и то лишь на короткое время. Но я все это вытворял уже хрен знает сколько минут подряд.

Вдобавок, я усилил свой Дар, и новая волна вражеских гвардейцев разом прилипла к потолку, будто кто-то притянул их магнитом сверху. Они даже не дрыгали конечностями и никак не могли пошевелиться, словно их прижало невидимой силой. Чтобы показать им, с кем имеют дело, я решил усилить эффект… Воины стали проламывать своими телами перекрытие, вдавливаясь еще выше, крича от боли. А потом я щелкнул пальцами, и они дружно рухнули обратно на каменный пол.

— Добить вас? — поинтересовался я, с ленцой вытирая брызги крови со щек. — Почему бы и нет.

Я швырял их телами от стены к стене, пока от гвардии не остались одни безжизненные мешки. Последнему я свернул шею, и все стихло.

— Вот теперь, надеюсь, понимаете разницу между мной и вами? — спросил я, стараясь не зевать от скуки.

В ответ послышались лишь глухие стоны и испуганные всхлипы. Кто-то уже откровенно дрожал. Я снисходительно усмехнулся:

— Подписывайте документы, да пошевеливайтесь!

Граф Семенов тут же полез в чемодан и вытащил оттуда целую стопку бумаг, раздав их остальным аристократам вместе с ручками.

Теперь они станут моими заложниками… Был составлен договор, по которому на три года они не имели права объявлять мне войну и обязаны выплачивать все родовые долги. Если кто-то нарушит договор, то сам Император спустит на него всех псов.

Но даже сейчас они переглядывались с сомнением в глазах. Никто не решался поставить свою подпись первым. Мне это надоело:

— Какие-то вы медлительные! — я покачал головой и топнул ногой.

Силу гравитации я увеличил настолько, что их жестко потянуло вниз. Некоторые заорали от боли, а у нескольких уже затрещали кости. Не выдержал первым барон Никифоров, завизжал, что сдаётся и готов подписать всё, что угодно. С его примером дело пошло быстрее и дин за другим аристократы ставили подписи.

Так никто и не ушел, не расписавшись. Хоть они и были готовы воевать до последнего своего солдата, собственной шкурой рисковать явно не хотели. Меня же это уже не заботило — главное, что я обеспечил финансовую независимость своему Роду… Имение и гвардия требуют постоянного притока денег, а арена, где можно было зарабатывать, сейчас закрыта. Так что приспосабливаюсь, как умею. Ха!

<p>Глава 24</p>

— Может, желаете чаю или кофе? — осведомился лакей в парике, однако с явным страхом поглядывал на пол, который все еще отмывали от крови.

— Нет, спасибо, — отмахнулся я.

Я по-прежнему сидел в роскошном имении графа Семёнова, расположившись напротив самого хозяина. Он был человеком весьма серьезным, и по выражению его лица уже давно читалось, что он признал свое поражение, хотя это нисколько не сломило его дух — лишь оставило глубокие шрамы. Тяжело падать с высоты, когда слишком долго на нее взбираешься.

Теперь в зале остались только мы вдвоем, ведь все прочие аристократы, подписавшие нужные бумаги, удалились восвояси.