Закончив ремонт, землянин просидел еще полчаса над амулетом-нагревателем, наполняя его, почти опустевший, маной. И только после этого провалился в сон…

— Добрый день, ваша милость, — поприветствовал его Ракст, едва рыцарь открыл глаза.

— Добрый, — ответил на приветствие Костя, после чего потянулся и громко зевнул. — М-м-не-э… Как парни… а где они?, — спохватился он, заметив отсутствие Ластера и Райдаша.

— На улице обед разогревают. Они пришли в себя утром, часа четыре назад. Говорят, голова у каждого сильно болит и слабость чувствуют, но в остальном все хорошо.

— Это хорошо, что хорошо, — согласился маг. — Сам как?

— Опухоль не спала, но зато и не увеличилась. Болеть только стала сильнее, еле заснул, ваша милость.

В этот момент край матерчатого полога слегка поднялся, и в появившемся проеме показалось лицо Райдаша, видимо слышавшего беседу брата со своим нанимателем.

— Доброго дня, ваша милость.

— И тебе того же. Как самочувствие?

— Все хорошо, голова немного болит и все, — заверил его наемник, потом виноватым тоном произнес: — Простите, ваша милость, что напал на вас. Это было как во сне: все понимаю, но руки и ноги чужие, вас то узнаю́, то за врага принимаю. И ничего сделать не могу.

Рыцарь только рукой махнул:

— Что было, то было. Иди, да полог прикрой — не выстуживай здесь.

— Как скажете, ваша милость. Скоро мясо будет готово. Вам подать сюда?

— Я еще ног не лишился, чтобы меня в кровати кормили, — буркнул молодой человек.

Понятливо кивнув, наемник исчез, плотно задернув тент. Через десять минут чародей выбрался на свежий воздух, пробравший до костей в первую минуту после жаркого нутра фургона.

Спутники Кости развели костер в десяти метрах от фургона. Топливо нашли в руинах двухэтажного здания, там лежала целая гора толстых веток и кусков расколотых бревен. Как туда попали — тот еще вопрос. Жарили двух крупных уларов, или горных индеек, подстреленных Ластером ранним утром. Ароматное и мягкое мясо со специями провалилось в голодные желудки мгновенно, едва было снято с огня. После перекуса артефактор приказал собираться в дорогу.

— Ластер, там рука должна валяться рядом с крайними домами, заверни ее в тряпку какую и привяжи к фургону снаружи.

— Зачем, ваша милость?, — удивился егерь.

— Барону предъявим. Она принадлежала демонице, а сейчас эта тварь Бездны покоится на дне пропасти. Раз голову не смогли достать, так хоть эту руку предъявим.

— Понятно, ваша милость, — кивнул егерь, — будет исполнено. Сейчас за плащом бедолаги стражника сбегаю и прикручу культяпку куда сказали.

Глава 4.

— С демоном покончено, Юршан.

— Точно?!

— Гарантирую, — заверил жреца Костя.

— Тело сожгли?

— Нет, — вздохнул вентор, — так уж вышло. Оливера упала в пропасть, отыскать там ее останки было невозможно.

— Кост…

— Юршан, успокойся, — перебил жреца Костя, — мертва она, мертвее не бывает. Выжить тому куску разлагающегося мяса, в который она превратилась, даже без падения с нескольких сот метров — невозможно. Она попала под священную магию амулета, который я сделал благодаря тому знанию, что ты мне дал, потом отрубил ей руку почти полностью. И отрубил священным мечом — рана почернела и гнила с огромной скоростью. Руку я барону предоставил, может, это немного успокоит его: хоть и не голова, но все же…

— Эта хорошая новость, Кост, — слабо улыбнулся раненый. — Теперь я быстрее пойду на поправку.

— Отлично, я очень рад за тебя, — широко улыбнулся в ответ парень, потом виновато произнес: — Только она перед этим принесла в жертву четырех человек. Ты говорил, что так можно открыть второй портал…

Юршан скривился от боли, не сдержав стон, когда приподнялся на локте с подушки:

— Что?… Что?!

— Взяла егерей под контроль и потом убила беспомощными. Точно так же потом чуть не прикончила меня с наемниками, спасибо, что у меня на поясе висела сумка, а там твой амулет храмовый лежал — сберег.

— Амулет на одежде носить нужно, а не в сумке, — упрекнул землянина священнослужитель. — Расскажи, что ты видел…

Когда вентор подробно описал кошмарную картину произошедшего с Доржем и его товарищами, Юршан с облегчением откинулся в кровати:

— Нет, это не ритуал открытия портала. Демоница ослабла при подъеме по тропе, убив людей, она восполнила свои силы. Да и мало четырех человек для сложного ритуала, — произнес он после Костиного рассказа. — И теперь вряд ли откроет, если выжила. Ей самой все силы понадобятся, будет черпать их из зерна портала, завязанного на нее.

— Никаких «если», Юршан. Тварь мертва. Мер-тва! Что ты заладил все…