Кентон знал, что через несколько минут отряд магов-орванийцев и крозеранских заклинателей теней начнут очередной обход по крышам. Не исключено, что одновременно с этим произойдет и смена караула во дворце.
Кентон окинул беглым взглядом последний сектор города. Этот район Банока являлся беднейшим – хотя в целом среди горожан не было ни бедняков, ни особо зажиточных. Именно здесь наемники почти не попадались на глаза. Сначала Кентона это удивило, а потом, присмотревшись, он понял, в чем дело: здесь находился оплот сопротивления, причем кто-то из лидеров определенно использовал магию. На столбах на каждом углу висели покрытые металлом трупы ферруманов. Орванийцы посылали все новых воинов к юго-западу, чтобы забрать своих павших товарищей, но вместо этого случалась очередная стычка – и новые трупы появлялись на улицах, раскачиваясь на ветру, словно зловещие гирлянды. За последние несколько часов Кентон наблюдал порядка дюжины таких стычек, и все они заканчивались смертью ферруманов, тогда как отряды сопротивления не потеряли ни одного бойца.
Кентон мог бы поспорить на свой плащ таинств, что своей чудесной удачливостью повстанцы были обязаны тем самым трем ведьмам – без их магии у простых горожан не имелось бы ни малейшего шанса против колдунов, владеющих магией теней, или солдат из камня и металла.
Улучив момент, когда стражники, шагающие взад-вперед по верхней террасе замка, повернулись к нему спиной, Кентон спрыгнул с крыши и помчался на юго-запад, на ходу придумывая план действий.
– Кто это такие? – спросил Терин, выглядывая из-за угла брошенной кожевенной мастерской. – Это те же монстры, что напали на Шаенбалу?
– Выглядят похоже, – прошептал Титус. – Только ведут себя по-другому. Они совсем не дикие и разумные… я видел таких же на Мельничной улице.
– А как ты понял, что это именно Мельничная улица?
– Так указатели есть. – Титус кивнул на столб, стоявший на перекрестке. К столбу была прибита деревянная дощечка. – Мы, например, сейчас на улице Самака.
Терин издал удивленный возглас:
– Ну и напридумывают же всякой всячины!
– В Квири тоже указатели есть. И в Лукуре.
– Да ладно? А я и не заметил.
Вдруг раздался грохот, и одну из лавочек, расположенных на противоположной стороне улицы, объяло пламя.
– Кровь и пепел! Ты это видел?
– А ты как думаешь? – пробормотал в ответ Титус. – Ох, нехорошо это. Пора отсюда убираться.
– Согласен. В этой части города феуроги на каждом шагу. Пойдем на юго-запад. Там вроде бы поспокойнее.
– А потом найдем кузницу Долин и…
– Эй! Вы что тут делаете?
Терин с Титусом разом обернулись на голос и увидели высокую статную женщину. Ее плотную хлопковую тунику покрывала рубаха из металлических колец. Кожа незнакомки в ярких всполохах огня отливала бронзой, в руках она держала длинное копье. Стояла она с широко расставленными ногами, перекрыв мальчишкам путь к отступлению.
– Знаете об этом что-нибудь? – Она указала копьем на бушующее пламя.
– Это не мы! – пролепетал Титус, еле ворочая языком от страха.
– Да ну? А в мешках что?
– Там… это…
– Мы просто вышли ноги поразмять, – брякнул Терин, глупо улыбаясь.
– Сейчас комендантский час. – Женщина перевела взгляд на лежашие у ног мальчишек мешки. – Если пошли прогуляться – зачем взяли с собой мешки? Собирались улизнуть из города?
Терин промычал в отчет что-то нечленораздельное.
– Показывайте, что в мешках.