Читаем Мастер-Арфист полностью

Сейчас Джексом переменил потрепанное повседневное платье на прекрасный новый наряд: штаны, рубаху, куртку из кожи, высокие башмаки до колен. Но даже они не спасут от чудовищного холода Промежутка. Джексом содрогнулся от ужаса. Кажется, что тебя подвесили в нигде, в никогда... Твое горло оледенело, внутренности смерзлись, и ты боишься лишь одного — не увидеть вновь света дня... или хотя бы ночной тьмы, в зависимости от времени суток в том месте, куда направляешься. Однако Фелессану он все же завидовал — хотя не было никаких гарантий, что его друг пройдет Запечатление и станет всадником. Но Фелессан жил в Вейре — в Бенден-Вейре, у него были мать и отец, и его окружали всадники, и...

— Лорд Джексом! — Зов Лайтола донесся с большого внешнего двора Руат-холда, и мальчик бросился туда, вдруг испугавшись, что опекун улетит без него. Всего лишь зеленая, подумал Джексом с некоторым разочарованием. Могли послать как минимум коричневого — для Лайтола, управляющего Руата, который раньше и сам был всадником. Затем Джексома охватило раскаяние. Ларт', дракон Лайтола, погиб, и с ним умерла половина души человека; мрачной тенью бродит он теперь среди живых, не в силах забыть свою потерю. Для него полет на чужом драконе, какого цвета бы он ни был, — тяжкое испытание.

Зеленый всадник добродушно усмехнулся, когда Джексом вскарабкался наверх по передней ноге зверя.

— Доброе утро, Джералт, — сказал юный лорд, порядком удивленный. С этим юношей он играл в нижних пещерах всего два Оборота назад. Теперь прежний подросток превратился в настоящего всадника.

— Зови его Д'ралт, лорд Джексом, — поправил Лайтол своего воспитанника.

— Все в порядке, Джексом, — сказал Д'ралт и затянул на талии мальчика предохранительный пояс.

Джексом был готов утопиться; Лайтол сделал ему замечание в присутствии Дже... нет, Д'ралта, а сам он забыл о почетном имени молодого всадника! Расстроенный, он не испытал ни трепета восторга при взлете, ни удовольствия от вида больших башен Руата, проваливающихся вниз, от созерцания долины, извилистой, словно гибкая шея дракона... Но пока они кругами поднимались вверх, Джексом, чтобы сохранить равновесие, прижал ладони к неожиданно мягкой коже зверя; тепло огромного тела, казалось, успокоило его. Затем он увидел растянувшихся в ряд крестьян на полях — задрав головы, люди смотрели вверх, на дракона. Знают ли эти хвастливые мальчишки из холда, что он, Джексом, лорд Руата, мчится на его спине? Джексом окончательно пришел в себя.

Стать всадником... Несомненно, это самое прекрасное на свете! Джексома охватила жалость к Лайтолу — он обладал этим счастьем и утратил его... Ему, наверно, так мучительно парить в небе на чужом драконе... Если бы он мог помочь своему воспитателю! Лайтол был справедливым, и если он требовал, чтобы Джексом стал совершенством во всех отношениях, то лишь потому, что альтернативы не существовало. Джексом — лорд холда Руат; большая честь — не меньшая, чем стать всадником.

Раздумья Джексома были внезапно прерваны — дракон нырнул в Промежуток.

Медленно сосчитать до трех, мелькнуло в голове Джексома, — и все закончится. Он потерял ощущения света и звука — и даже мягкой кожи зверя под ладонями. Он попытался считать, но не смог. Его сознание тоже казалось застывшим, замороженным; но в тот момент, когда он был готов взорваться воплем ужаса, прохладный вечерний воздух заполнил легкие. Они парили над Бен-деном, и никогда еще чаша Вейра, с ее обрывистыми стенами, расцвеченными лучами солнца, не казалась столь гостеприимной. Черные отверстые провалы тоннелей, ведущих в логова драконов, беззвучно приветствовали его, ошеломленного, дрожащего.

Когда они по спирали спускались вниз, Джексом увидел бронзового Мнемент'а — самого большого дракона, когда-либо появлявшегося на свет из яйца, — он отдыхал на карнизе своего вейра. Она, золотая королева Бендена, — на площадке Рождений, догадался Джексом. Там, на теплых песках, под сводами необъятной пещеры, зрела новая кладка. Скоро Запечатление. В кладке есть королевское яйцо... Джексом слышал, что во время Поиска была отобрана одна из руатанских девушек. Госпожа Бендена — тоже из Руата. Его холд дал Перну много повелительниц... Мардра, конечно, не столь прославлена, как Лесса или Морета, но и она из Руата. У нее, правда, были забавные представления о холде... и она всегда раздражала Лайтола. Джексом знал это наверняка — он видел, как начинает дергаться в тике щека опекуна. Когда приходила Лесса, такого не было. Но Лесса давно уже не появлялась в Руате.

Когда они в очередной раз повернули, юный руатанский лорд увидел ее. Вместе с Ф'ларом она стояла на карнизе королевского вейра. Зеленая испустила переливчатую трель; в ответ раздался низкий рык Мнемент'а. Грохочущее эхо заметалось меж стен чаши. Значит, Рамот'а, королева, уже знает об их прибытии.