Читаем Mass Effect: Raven (ЛП) полностью

Не знаю, что тогда случилось. Я просто… слетел с катушек. Отличная отмазка на все случаи жизни. Но как ещё можно отреагировать, когда тот, кого ты считаешь другом, с кем ты неожиданно сплотился, беспомощно лежал на земле и кровоточил?

Я должен был что-то сделать. Раз уж моя винтовка находилась чёрт знает где после полёта, пришло время для туза в рукаве.

Шипение шприца всё ещё эхом разносилось в ушах, когда я поднялся с пола. Только тогда они поняли, что я был ещё в сознании. К несчастью для коммандос, они продвинулись так далеко, что оставили фланги открытыми. Одна из безымянных азари дёрнула рукой в мою сторону, но затем её цвет в моих глазах сменился с голубого на фиолетовый, а её движения замедлились.

Я прыгнул.

***

У турианцев есть замечательная поговорка на злобу дня, которая, впрочем, используется довольно цинично: Коммандос азари — лучшие солдаты в галактике. Хвала Духам, что их так мало.

Суицидальный финт. В обычных условиях, любая азари прибила бы меня как муху. Меня спас эффект неожиданности, её запоздалость с биотикой и сверхбыстрые рефлексы.

Несмотря на видимость превалирования, она отразила мой первый удар. Грубый выпад в голову левой рукой не сработал. Этот тактический промах дал ей возможность выстрелить из пистолета почти вплотную, но мой щит с горем пополам выдержал.

Далее моя перчатка засияла оранжевым. Почти на автомате я двигался согласно инструкциям Шепард, которые она раздавала во время тренировок.

Удар снизу вверх в области талии, в слабое место. Только один удар.

Тошнотворный звук омниклинка, впервые рассекающего плоть, и мерзкое чувство при ковырянии лезвием внутренностей другого существа чтобы максимизировать урон. Эти ощущения никогда не покинут меня.

Азари беспомощно таращилась на меня, когда я вынул клинок из её внутренностей. Вернувшись в нормальное течение времени, я схватил её за голову правой рукой. Розоватая кровь хаотично украшала лезвие, однако раскалённая поверхность быстро испарила её. Что было в глазах этой азари? Непостижимая пустота… пришла ли за ней смерть, или я лицезрел эффект индоктринации?

-… Теперь закрой глаза, — прошипел я. -И скажи «спокойной ночи»!

Сквозь рвотный позыв я снова вогнал ей в грудь омниклинок.

И снова.

И снова.

Затем она грузом свалилась на меня. Последним движением я скинул её с в конце концов разлетевшегося на осколки лезвия. Она больше не встанет.

Я инстинктивно пригнулся. Пока она была жива, её дружки не стреляли в меня из-за опаски ранить боевого товарища. Теперь же, без преимущества живого щита, я был открыт и разоружен.

У Яллис не было намерения дать её призу уйти из-под носа. Увидев павшую подругу, она закричала и направила в мою сторону пистолет чтобы покончить со мной. Я мог лишь беспомощно смотреть на неё.

Меня спас ангел с дробовиком. Окружённая голубизной Коммандер Шепард, быстрыми и плавными движениями двигалась через поле сражения, и именно она врезалась в моего несостоявшегося палача.

Пока Яллис пыталась устоять на месте, Шепард безжалостно навела на неё дробовик. На азари был только лабораторный халат.

Один заряд из смертоносного оружия насквозь прошёл через живот, кровь вперемешку с внутренностями забрызгала местность на метр вперёд.

Оглушительная тишина вновь опустилась на лабораторию.

Я попытался встать, но сразу упал на колени, побеждённый тошнотой и накалом.

-Ты как, Рейвен?

-… Die sind alle tot. Mich gibt’s noch. [1] — ответил я, чувствуя неизвестную отрешённость. Будто лицо превратилось в воск. Будто конечности отделились от тела. Будто я левитировал.

-Дерьмо! — она подбежала ко мне, охватила ладонями голову и сняла шлем. Прохладный ветер окатил меня, как и запахи свежей крови и внутренностей.

-Кайден, детоксикация!

-Карман справа сверху! — услышал я со стороны.

Коммандер пошарилась руками по моему жилету, нашла что искала и затем я почувствовал укол. Он вывел меня из агонии, я потрясённо открыл глаза.

После этого каждая вена моего тела начала жечь изнутри. Я кричал, на время потерял зрение, руки начали дёргаться сам по себе.

Кто-то крепко схватил меня, позволив перетерпеть боль не навредив себе.

Всё это случилось в считанные секунды и ушло так же быстро, как и пришло.

Я снова вернулся в мир живых и сквозь завесу слёз увидел держащую меня Шепард. Изумрудные глаза не передавали эмоций, а её огненно-рыжие волосы из-за пота прилипли к лицу.

-С-спасибо, Шеп. — я поперхнулся. Передозировка стимуляторами. Только что я пережил самый радикальный способ устранения токсичного шока.

Уже в бесчисленный раз я поддался изумлению за сегодня. Шепард приобняла меня.

Едва просветлевший разум не сразу понял, что происходит. Больше рефлексивно я приобнял её в ответ.

Это подействовало на меня словно успокаивающее. Ситуация не предполагала никакого романтического подтекста, побойтесь Бога, скорее я так почувствовал облегчение из-за того, что Шепард была другом, который с силой толкал меня забраться на те вершины, который я всегда считал недосягаемыми, но который всегда был рядом чтобы поддержать в трудную минуту.