Читаем МашКино полностью

Филя был породистый, и у него был хозяин. Топа была наполовину породистая, и хозяина у нее не было. Были хозяйки — пятеро девочек от девяти до одиннадцати лет, которых Топа регулярно провожала в школу и обратно, охотно принимая в дар обеденные бутерброды. А потом Топа родила пятерых щенков, и девочки установили, что похожи они на Филю. Открытие не имело практического применения, пока на молоко Топе не были исчерпаны все карманные деньги. А потом, заранее обсудив все детали, девочки подошли к хозяину Фили и сообщили: «Мы хотим вам сказать, что у вас есть дети и вы могли бы им покупать молоко». Хозяин Фили оказался добрым, щенки ему понравились, и он дал девочкам денег сразу на десять пакетов молока. В соседнем городе у него тоже росла дочка, которую он не видел уже года три. Но ее мама почему-то не подавала на алименты, а просто так отсылать деньги хозяин Фили не хотел. Все-таки их у него было не так много, чтобы кормить еще кого-то кроме себя, Фили и его щенков. Впрочем, подумал хозяин, щенки еще так малы, что утверждение о похожести на его Филю вполне может быть плодом детской фантазии или даже оригинальным способом детского рэкета. И хозяин Фили потянулся за телефонной трубкой, чтобы посмеяться над своей добротой вместе с приятелем. А Топа пила молоко, щенки сосали Топу, и девочки по очереди лизали «Чупа-чупс», выданный в молочном на сдачу.


Киев, 1996 год



ПЕСНИ ИЗ КИНОФИЛЬМОВ


ПРО НОС


(из к/ф «Клоуны», режиссер Александр Даруга, Россия, 2009 год)


- Всегда с собой носи в кармане нос,

Сухой и чистый, так, на всякий случай!

- Ты думаешь, с двумя носами лучше?..

- Не стоит даже задавать вопрос!


Если гроза,

Если слеза,

Если шалят тормоза

В ливень и зной

Будет со мной

Маленький нос запасной


- Вернуться бы в прошедший день и ночь,

Найти слова и отыскать потерю…

- Так это очень просто, если верить,

Что стоит сунуть нос и - превозмочь!


Если гроза,

Если слеза,

Если шалят тормоза

В ливень и зной

Будет со мной

Маленький нос запасной


- Не бойся быть смешным для всех вокруг,

Остаться с носом и начать сначала,

Судьба тебя однажды повстречала,

И вовремя случился рядом друг!


Если гроза,

Если слеза,

Если шалят тормоза

В ливень и зной

Будет со мной

Маленький нос запасной


-И будет день, и прозвучат слова,

И отвечать немедленно придется…

- У Вас, случайно, носа не найдется?

- Конечно, у меня случайно два!



***


(из кинофильма «ГЕРБАРИЙ МАШИ КОЛОСОВОЙ», режиссеры Александр Даруга, Александр Богданенко, Украина, 2010)


Листья жгу без огня,

Вьется шелковая броня

Белый флаг - это первый шаг,

Ос-то-рож-но


Все спешу – ночь до дня,

Ты еще без меня

И не знаешь, что будет так

Не-воз-мож-но


Жить ожиданьем больше не могу…

И от себя уже не убегу…


Эта осень слишком длинна…

Эта осень слишком длинна…


Недосказанные слова,

Уничтоженная глава

Закричу или замолчу -

Бу-дет встре-ча


Разрывает асфальт трава,

Значит все-таки я права,

Только правила не учу

Сча-стья ре-чи


Привычно подступает пустота…

Начну сначала, с желтого листа…


Эта осень слишком длинна…

Эта осень слишком длинна…



ПОЭТИЧЕСКОЕ КИНО


О борьбе с глобальным потеплением


В приемном пункте стеклотары

Сегодня принимают души

Не надо было на ночь кушать

И резать вены на руках


Приемщица, конечно, Вера –

Работа не для Нади с Любой

Имеет должное уменье

И даже требуемый такт


Она насвистывает песню,

Она отсчитывает деньги,

И пожилые инвалиды

От Севастополя до Курска,

От Киева до Кандагара

И от Одессы до Берлина

Вполне довольны перспективой,

Что – на троих – произойдет,


Что их заштопанные души,

Уже со штампом очищенья,

Заткнут озоновые дыры,

Как затыкали раньше дзот.


И обойдется все в копейки,

И перекроется доходом

От монополии известной

На производство коньяка


Оркестры, исполняйте туши

В сопровождении гитары –

В приемном пункте стеклотары

Заметна очередь пока…


1989 год


О политике 90-х


Вермишелью своя утолите печали -

Переменную яблочность нам обещали,

Непременную склочность,

Неразменную блочность,

И туманные дали, чтобы мы увидали,


Что осталось в заначке

То, что сдерживал бублик -

Переменная брачность

Всех советских республик

Да поместная свара

В микрофончатом зале,

Да победа базара

В государстве – вокзале…


декабрь 1991-го года


О качестве чулочно-носочной продукции


Сапоги промокают – значит, поздняя осень

Если бы промерзали, то была бы зима

Ах, мои сапоги – они каши не просят,

Они каши не просят – я кормлю их сама.


Ох, мои сапоги производства Тайваня

Где-то там, на Тайване, и светло, и тепло,

Где-то там, на Тайване, наши Мани и Вани,

Бодро тратят юани – гляньте – на барахло!


Ух, мои сапоги, потерпите немного

Вам придем на подмогу и, наверно, спасем,

Но не жмите так сильно вы левую ногу,

Ведь не только она виновата во всем


Эх, мои сапоги – вас бы да на колодки!

Но об этом, увы, только вещие сны…

Чу! Вы слышите – медленно рвутся колготки

Это, знайте, примета пришедшей весны.


1992 год


Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее