Однако наступление врангелевских войск на Кубань провалилось. Надежды на массовое восстание кубанских казаков также не оправдались. Население, избегая мобилизации, пряталось в камышах и топило в озёрах свои повозки. Красное кольцо всё теснее сжимало белый десант. Был захвачен штаб, но генерал С.Г. Улагай сумел спастись. Началось спешное отступление. И вскоре почти весь десант был уничтожен.

Как видим, важнейшую роль в Гражданской войне играет позиция народных масс. Это, кстати, отмечал и А.И. Деникин, оправдывая нежелание служить в Добровольческой армии тем, что «печать классового отбора легла на армию прочно, и давала повод недоброжелателям возбуждать против неё в народной массе недоверие и опасения и противопоставлять её цели народным интересам».

Об этом же, но с другой стороны писал Шапошников в начале 1920 года в донесении военной разведки: «В Крыму население враждебно к Добрармии. В горах — партизаны».

Приведём также выписку из письма, которое получил Деникин (а «копию с копии» Шапошников от своей агентуры): «Ваше превосходительство! Позвольте мне, простой русской женщине, матери сыновей добровольцев сказать Вам несколько слов. После взятия нашими войсками городов Елисаветполя и Екатеринослава там произошли еврейские погромы… изнасиловали десятки невинных еврейских девушек и даже девочек в присутствии родителей — солдаты и офицеры». Резолюция Деникина была такова: «Генералу Май-Маевскому. Пора кончать. Полевой суд и смертная казнь этой сволочи без колебания».

Немалую лепту в разгром белой армии внесли анархисты. Сейчас нередко вспоминают их клич: «Бей белых, пока не покраснеют! Бей красных, пока не побелеют!» В советской историографии им отводилась роль полупьяной бандитской вольницы. Такая официальная версия укоренилась ещё со времен Троцкого.

А вот Шапошников в своём докладе начальнику Полевого штаба весной 1921 года назвал армию Махно повстанческой. Он был хорошо осведомлен и о характере махновского движения, и об отношении к нему Троцкого. Казалось бы идеолог мировой революции должен был всячески поддерживать народное восстание, а получилось наоборот.

Борис Михайлович знал о том, как Троцкий спровоцировал выступление против большевиков чехословацкого корпуса в Поволжье. Нечто подобное произошло и с махновцами. И на этот раз непродуманные действия Троцкого тоже создали реальную опасность для страны Советов.

Ко времени приезда на Украину Троцкого отряды Махно были союзниками большевиков и назывались Первой Украинской повстанческой дивизией. Однако вскоре положение резко изменилось. Уже 20 июня 1919 года на запрос наркома иностранных дел Г.В. Чичерина о причинах быстрого отступления красных войск на Украине, сотрудник комиссариата Д. Гопнер сообщил: «Одна из причин отступления Красной армии под натиском Деникина — авантюра вокруг Махно и несвоевременное объявление открытой войны партизанщине». И далее он перечислил заслуги Махно в ликвидации австро-немецкой оккупации на Украине, в борьбе с гетманщиной и о стойкости махновцев в боях с деникинцами.

Начальник штаба Махно В.Ф. Белаш вспоминал: «Действия Троцкого, особенно его предательское распоряжение № 96/с от 3 июня и особенно третий пункт этого распоряжения, где под страхом строжайшей ответственности запрещалось снабжать нас боевыми припасами и любым военным имуществом, — разрушали Красный фронт (мы ведь были дивизией Красной армии и сражались в одной линии фронта с ней и подчинялись одному командованию), разоружали нас в пользу Деникина».

Бывший командир 2‐й Украинской Красной армии А.Е. Скачко писал в мемуарах: «Приказ Троцкого об объявлении Махно вне закона настолько играл на руку белым, что они отпечатали его во множестве экземпляров и разбрасывали среди войск Махно».

Троцкий своими мерами привёл к переходу «сознательной революции» (формулировка Махно) в революционную смуту. Сдав Украину Деникину, он продлил Гражданскую войну.

Троцкий рассорил анархо-коммунистов с коммунистами-государственниками. Но при этом сохранил руководящее положение своих сторонников в руководстве компартии Украины. В этом смысле Троцкий вполне заслуженно носит почётное звание «демон революции».

В донесении Шапошникова сохранились сведения о состоянии махновцев после принятых наркомом Троцким мер: «Повстанческая армия как целое перестала существовать. Штаб уничтожен, в бою погибли главные помощники Махно (в том числе начальник его Азовской группы Удовиченко), сам Махно тяжело ранен и вышел из строя. От «махновской армии» остались пока мелкие, выделившиеся из нее 14–15 марта банды Щуся и Кожи, к ликвидации которых принимаются решительные меры. Банда Щуся, соединившаяся с бандой Забудько (всего 250 сабель), перешла 20.3 в Павлодарский район (40 верст севернее Павлодара). Банда Кожи (150 человек) находится в Юзовском районе».

На Польском фронте