По окончании Пермского реального училища в 1899 году он почти год работал учётчиком казённого винного склада в Белебее, куда ранее переехала семья его родителей. Стоит отметить, что работа учётчиком приучила Бориса Михайловича к исчерпывающей точности, которая сказалась и в последующей военной службе, и в сочинениях.

Уже в молодые годы Борису Михайловичу пришлось познать размах русской географии. На первый взгляд Златоуст, Красноуфимск, Пермь и Белебей сосредоточены в едином Приуральском районе, но разбросаны они на многие сотни километров друг от друга.

Белебей был маленьким уездным башкирским городом, где русские в основном занимались торговлей и учительствовали.

«Жили мои родители очень экономно, — вспоминал Борис Михайлович. — Мне приходилось не раз задумываться над вопросами: как бы облегчить родным жизнь? Не раз приходила в голову мысль: «А не уйти ли на военную службу?» Среднее образование позволяло поступить непосредственно в военное училище. О том, чтобы за счёт родителей пять лет учиться в высшем техническом заведении, даже мечтать не приходилось. Поэтому я… про себя, твёрдо решил пойти по военной линии».

После переговоров с родителями Борис отправил необходимые документы с подпиской, что к тайным обществам не принадлежит, в Московское военное пехотное училище.

Учёба в военном училище

Московское Алексеевское военное училище[11], было основано в 1864 году военным министром Д.А. Милютиным[12]. Училищу были отданы помещения Екатерининского дворца, называемые Красными казармами[13]. После рождения наследника престола цесаревича Алексея Николаевича, который Указом его отца императора Николая II был назначен шефом училища, оно стало именоваться Алексеевским.

Начальниками училища в те годы были генерал-майор Яковлев[14], а затем полковник С.С. Хабалов[15].

Юноша Борис Шапошников прошёл строгий медицинский осмотр, конкурс аттестатов и в 1901 году был зачислен юнкером в Московское Алексеевское пехотное училище.

Распорядок дня учащихся был таков: подъем в 6.30 утра под барабан. Затем туалет и заправка постелей, утренний осмотр. На завтрак кружка чаю, кусок белого хлеба и два куска сахару.

Занятия продолжались с 8.30 до 14 часов. В большую перемену кормили горячим завтраком; котлета с черным хлебом и чай с сахаром. С 14 часов строевые занятия в манеже. Обед состоял из тарелки щей с мясом и второго блюда. По праздникам сладкое. После обеда отдых и самостоятельные занятия. Вечером опять чай, перекличка и молитва. В 22.45 отбой.

Никаких уборщиков и чистильщиков сапог не было.

Все воспитанники были на полном содержании военного ведомства и жалованья не получали. На каждого юнкера полагалось три комплекта обмундирования.

Обучение было нацелено на военное и личностное развитие юнкеров и подготовку из них командиров взвода.

В училище преподавалась общая тактика с кратким понятием о стратегии, уставы, законоведение, военная администрация, военная история, механика, физика и химия, русская словесность, французский и немецкий языки, Закон Божий.

Были у юнкеров и обычные юношеские увлечения. Например, театром. В эти годы в Москве блистали Шаляпин, Собинов и Художественный театр Станиславского.

На старшем курсе упор был больше на общевойсковую тактику и военную историю.

Особо Борис Михайлович отмечал своего ротного командира. «Штабс-капитан лейб-гвардии Кексгольмского полка Бауер был хорошим строевиком и отличным воспитателем. На юнкеров он смотрел как на будущих офицеров, поэтому старался привить нам качества начальника.

Прежде всего, он требовал от нас правды. Будущий офицер не имел права лгать или изворачиваться».

Бауэр учил, что юнкер, совершивший какой-либо проступок, обязан был сам доложить своему непосредственному начальнику, а тот уже докладывал по команде. Обычно в таких случаях Бауер даже не накладывал дисциплинарного взыскания (!). Но если о происшествии он узнавал не от провинившегося, тогда пощады не было.

«Второе, что прививал нам Бауер, — это ответственность… Лично я, следуя на службе его принципам, в отношениях с подчинёнными всегда достигал успеха».

Это наставление юнкер Шапошников действительно запомнил на всю жизнь. Оно стало законом его воинского служения. Эти же установки он старался привить и своим ученикам.

20 октября 1902 года приказом по училищу Борис Шапошников был произведен в унтер-офицеры[16], а на следующий день в младшие портупей-юнкера.

В 1903 году в Москву на страстную неделю приехал император Николай II с семьей. К охране, как обычно в таких случаях, привлекли курсантов и кадетов. В том числе Алексеевского училища. Вот что вспоминал об этих днях Борис Михайлович: «Сам я попал в почётный унтер-офицерский караул на пост в Георгиевском зале»… На торжественном приёме «весь зал был наполнен женщинами всех возрастов, с кокошниками на головах, в русских костюмах, с большим декольте… Потом выяснилось, мы попали на обряд «христосования» царицы со своими придворными дамами».