Сюда пришли в мае. Было сорок градусов тепла, как сказали бы мы нынче. Воевали здесь долго – до зимы. Зимой похолодало до тридцати, но не мороза, а тоже тепла.

Люди здесь были желтовато-коричневые, голые, в одних повязках на бедрах. Жилища одноэтажные, у реки, на сваях.

Шли дальше. В середине страны дошли до города Тагуна. В этом городе стояло две башни, одна золотая, другая серебряная.

Рассказывает Марко Поло:

«Башни эти вот какие: сложены они были из хороших камней и покрыты; на одной золото было в палец толщиной, и вся башня была покрыта золотом, словно литая из золота. В вышину она была десять шагов и соразмерной ширины; снизу круглая, а кругом были золоченые колокольчики; подует ветер – они позванивают. Другая башня была серебряная и точно такая же, как золотая, той же величины и с виду такая же. Приказал их выстроить царь ради своего величия и во спасение своей души. И, скажу вам, были те башни самые лучшие в свете и очень дорогие».

Кроме золотой и серебряной башен, были еще олово, слоновая кость, сапфиры, янтарь…

Страна богатела.

Фокусники вместе с провожатыми покорили страну. Поохотился здесь Марко Поло на слонов, оленей, антилоп и ланей. Страна стала казаться ему тесной, и поехал он к великому хану докладывать о чуде, что стоят башни красивые и дорогие, не прикажет ли великий хан разорить их, а золото и серебро прислать к нему.

Хан был стар, уже любил он пить не вино, а чай, заваренный водою из медного сосуда, в котором горели угли. Любил хан говорить уже о добродетели, приблизил ко двору последователей Конфуция.

Сказал хан:

– Вероятно, царь построил те башни ради спасения своей души и для того, чтобы после смерти о нем помнили. Я повелеваю башни эти не разрушать, а сохранить точно такими, какими они выстроены.

Выслушал Марко Поло ответ хана и понял, что хан уже насыщен жизнью, что близко, может быть, смерть его, и тут же он узнал, что врач, глава звездочетов, колеблется в составлении гороскопа наследника.

Тогда вызвал господин Марко Поло отца и дядю. Пришли к нему веселые старики, толстые, круглобородые, довольные. Принял их Марко Поло как господин, сказал о деле; согласились и дядя и отец менять все имущество на рубины и готовиться к отъезду.

Было Марко Поло больше тридцати лет. Горы и дороги укрепили его тело. Ничего он не боялся, но хотел посмотреть дальние земли и дальние острова и решил проситься в отъезд.

Решил он возвращаться домой морем и отправился бы скоро, но ему помешала война Кубилая с Наяном.

Земля горит в Китае, и торговый дом Поло думает об отъезде

В 1286 году было уже Кубилаю семьдесят лет. Был у Кубилая племянник Наян, потомок Учжигина, младшего брата Чингиз-хана. Наян был человеком молодым, владел многими областями и мог выставить до четырехсот тысяч всадников. Предки его и сам он всегда покорялись великому хану, но с течением времени усилился Наян, завел большую армию, взял к себе на службу много бородатых христиан, и даже сам принял христианство, и поставил крест на знамени.

Было Наяну всего тридцать лет, и сердце его жаждало царства. Был у него союзник – внук Угедея, Хайду, чьи владения лежали в Средней Азии. Начали Наян и Хайду готовиться к походу на великого хана.

Кубилай был стар и знал, что в городах у него неспокойно. Но о делах Наяна и Хайду узнал хан за много времени от звездочетов и разведчиков.

Когда человеку снился сон, то просыпался он и советовался со звездочетами. Звездочет толковал сон и доносил одновременно Кубилаю. Кубилай знал даже сны князей. Доносили на жен мужья, доносили священники на священников. Кубилай умел слушать и молчать.

Получил он сведения и о Наяне. У Кубилая под рукой всегда было войско. Псари, сокольничьи, личная охрана и бароны, одетые в ханское платье, всегда были на конях. Хан кочевал с целым войском.

Сказал себе хан, что не будет он носить венец, если не накажет изменников. Приготовлялся великий хан только десять дней. Собрал он триста шестьдесят тысяч конных и сто тысяч пеших. Войско татар сражалось умело. Пехота была вооружена длинными копьями и сражалась рядами между конницей.

Делал Кубилай удар конницей, а пехота бежала сзади. Если конница отступала, то пехота становилась на одно колено и принимала удар чужой конницы в копья, а войско Кубилая в это время строилось снова.

Шел Кубилай со своим войском, как на прогулку, вперед послал гонцов захватить все дороги и не пропускать прохожих.

Наян лежал в шатре с женой и наслаждался, очень он ее любил.

Занялась заря, и великий хан с войсками показался на холмах вокруг равнины. У войска Наяна не была выставлена даже стража.

Старый хан стал на холме. Передвижной дворец его покоился на четырех слонах.

Сидел хан Кубилай на троне, обутый в мягкие сапоги. Открыл Кубилай над своей комнатой крышу и высоко поднял знамя.