Читаем Марк Твен полностью

Во время своего пребывания в Америке в 1906 году А. М. Горький оказал большое влияние не только на американских литераторов, но и на широкие круги читателей. Когда в августе 1906 года в американском журнале «Аппельтон Мэгезин» появились впервые очерки Горького «Город Желтого Дьявола», они вызвали огромный поток читательских откликов. Сам Горький точно охарактеризовал, кто и как в Америке воспринял его памфлет: в одном из писем в Россию в августе 1906 года он говорит, что сенаторы пишут возражения, а рабочие хохочут. В конце 1906 года «Аппельтон Мэгезин» начал печатать «Мать» Горького, а в 1907 году повесть вышла в Нью-Йорке отдельным изданием, вызвав большой интерес у американских читателей и литераторов.

«Я здесь очень читаюсь, — писал Горький из Америки, — «Фома» на днях вышел 17-м изданием — по 5 т.[ысяч] завод. Это — очень! Беллами разошелся здесь всего в 6 т.! «Джунгли» Элтона Синклера — всего 3! Я нашумел на всю Америку!»[448].

Одним из известных буржуазных журналов того времени был «Североамериканское обозрение»; в нем печатались статьи о Тургеневе, о Л. Н. Толстом; в этом журнале Джек Лондон напечатал свою рецензию о романе Горького «Фома Гордеев» (1901); здесь же появился ряд самых уничтожающих антиимпериалистических памфлетов Марка Твена. Журнал пользовался большой популярностью, хотя и обладал малым тиражом.

Очень характерно то обстоятельство, что отношение к русской литературе углубляло и подчеркивало идейную борьбу в американской литературе. Так, Амброз Бирс, ненавидевший революционеров, охотно подхватывал клеветнические вымыслы реакционной буржуазной печати об А. М. Горьком и высокомерно отзывался о великом русском писателе — как о «мужике» в литературе и «анархисте». Гоуэлс, все больше уклонявшийся вправо, утверждавший, что «зло, которое причиняет один класс другому, почти незначительно», воспринимал от «любимого реалиста» Л. Толстого не ненависть к миру эксплуататоров, а теорию «непротивления злу».

В то же время семидесятилетний Марк Твен на массовом митинге, устроенном в честь русского революционного писателя А. М. Горького, заявил: «Мои симпатии, конечно, на стороне русской революции. Это само собою разумеется…»

Идеологическая борьба захватила людей, стоящих на разных общественных позициях. Сложным было творчество видного новеллиста начала XX века О. Генри (1862–1910). Вступив в литературу в самый бурный, последний год XIX века, О. Генри уходит из нее одновременно с Марком Твеном.

Поденщик в буржуазной прессе, О. Генри вынужден был приспособляться к узаконенным литературным стандартам «нежной традиции» и делать обязательными «счастливые концы» в своих рассказах. Писатель остро страдал от того, что издатели газет и журналов держали его в кругу ненавистных ему литературных штампов — юмористических развлекательных рассказов с интригующей концовкой; мечтал о серьезном произведении «без жаргона, простом по своему плану, драматическом… настоящем рассказе». «Все, что я писал до сих пор, просто баловство, проба, по сравнению с тем, что я напишу через год», — говорил он перед смертью.

О. Генри вознаграждал себя пародированием буржуазных канонов в литературе. В рассказе «Обед у…» писатель пародирует «романы из великосветской жизни» и с горечью признается: «абсолютно оригинальная концепция беллетристического произведения — вещь невозможная в наши дни»; «Рождественский рассказ» и «Хватит на год» — пародия на сентиментально-мелодраматический «рождественский» рассказ диккенсовского типа; «Тайна улицы Пешо» — пародия на детективно-авантюрные рассказы с побегами, зловещими убийцами, идиотизмом сыщиков, «великосветскими» отравительницами, переодеваниями и преследованиями. В «Яблоке сфинкса» О. Генри пародирует различные виды газетного рассказа: сентиментально-романтическую манеру (смерть от «разбитого сердца», одинокая могила), «чисто американскую» развязную манеру с обилием жаргонов, псевдогероическую и другие. В «Пленнике Зомбалы» и «Пока ждет автомобиль» О. Генри издевается над «слюнявой чепухой» обывательско-романтических вкусов, в рассказах «Факты, факты и факты», «Поэт и крестьянин» — над тупостью и бескультурьем редакторов буржуазных газет. В ряде рассказов он нападает на литераторов, работающих для рекламы товаров («История калифа», «Обед у…»).

Литературные пародии О. Генри никем еще не оценены, а они имеют большое значение в творчестве писателя. О. Генри предстает здесь в качестве строгого критика литературных штампов в буржуазной американской литературе; его литературные пародии являются формой борьбы писателя за реалистический стиль, к которому он тяготел.