— Пусть уходят отсюда!!! — истерично выкрикнула секретарша. Убирайтесь! Убирайтесь! А-а-а-а!

Любины вопли подлили масла в огонь. Нотариус сделался красным как рак. На минуту мне показалось, что он сейчас всех покусает.

— Господин Куракин и вы, молодые люди! — сквозь зубы процедил Кривицкий, протягивая руку к телефону. — Немедленно покиньте помещение, иначе мне придется вызвать милицию!

Толстый палец с пожелтевшим от никотина ногтем начал набирать 02.

— Слушай сюда, падла! — взорвался я, выхватывая из-за пазухи пистолет и тыча им в лицо нотариусу. — Оставь в покое телефон! Ты сделаешь то, что тебе говорят, или пристрелю как собаку.

Для пущей убедительности я передернул затвор, досылая патрон в патронник. Кривицкий беззвучно хватал ртом воздух, с ненавистью глядя на меня. Секретарша продолжала верещать.

— Заткнись, сука! — зарычал на нее Юрка. — Язык отрежу!

Угрозы возымели действие. Девушка притихла, а нотариус незамедлительно принялся за работу, едва не плача от бессильной ярости. Спустя полчаса все было закончено.

— Не обижайтесь, пожалуйста, Александр Владимирович, — примирительно сказал Куракин, кладя Кривицкому руку на плечо. — У нас просто не оставалось другого выхода! Тут такие вещи творятся!

— Убирайтесь! — прошипел нотариус. Лицо его из багрового стало сизым. — Видеть вас не хочу!

— Дайте ему клофелин или поставьте на затылок пиявки, — посоветовал Юрка секретарше, направляясь к двери. — Не дай Бог, инсульт хватит! Всего хорошего!

Вслед нам донеслась неразборчивая брань.

ГЛАВА 3

Погода на улице значительно улучшилась. Небо прояснилось, весело щебетали птицы, припекало солнце. На лавочках, подложив под зады целлофановые пакеты, расселись дворовые кумушки и оживленно обсуждали мировые проблемы типа: «Петьке-алкашу жена на дом милицию вызвала…» Или: «Любка-потаскуха нового хахаля завела».

Короче, продолжалась обычная жизнь.

— Боже мой! — тоскливо простонал Куракин. — До сих пор не могу поверить! Наверное, я сплю, ребята, а вы мне снитесь?!

— Идемте быстрее! — оборвал его Голиков. — Ваш приятель нотариус действительно способен ментов вызвать, а у Игоря в кармане оружие!

Юрка взял Куракина под руку и, словно муравей гусеницу, поволок за собой.

— Куда теперь? — покорно спросил бизнесмен.

— В банк! Положим завещание в сейф! В другом месте его хранить опасно. Потом обзвоните всех знакомых, сообщите им эту новость. Авось она дойдет до бритоголовых.

— Но каким образом? — удивился Владимир Николаевич. — Никто из них никогда…

— Сие нам не известно, — резко возразил Голиков. — У знакомых есть дети, которые наверняка знакомы с Ирой и, вполне вероятно, разделяют ее пристрастие к восточным религиям! Во всяком случае, другого способа связаться с бритоголовыми у нас нет!

Мы вышли на проезжую часть, довольно быстро поймали машину и спустя минут сорок оказались в Юркином офисе.

— Нужно его спрятать на время, — сказал Юрка, пока Куракин добросовестно обзванивал знакомых.

— И приниматься в конце концов за поиски этой дрянной девчонки! Пускай здесь перекантуется, — предложил я. — Ванная и туалет есть, в кабинете диванчик имеется…

— Хорошая идея, — согласился Голиков. — Так и поступим, а теперь распределим обязанности. Я на девяносто девять процентов убежден, что тут замешаны сектанты, однако не помешает потеребить твои бандитские связи.

— Зачем? — удивился я. — Братва восточными культами не интересуется!

— Зато сектантов вполне могут интересовать наркотики! Кроме того, бандиты иногда знают вещи, неизвестные широкой публике. Так что приступай! А я проверю тех голубчиков из записной книжки, чьи адреса удалось установить.

Пожав плечами, я вышел на улицу. Юркины предположения представлялись мне на редкость глупыми. Прощупать связи! Идиот! Какого хрена?! Ежу понятно — здесь ловить нечего! Поэтому я не стал особенно торопиться и перво-наперво заглянул домой, побрился, помылся, переоделся и только потом отправился в некий бар, где рассчитывал застать нужных мне людей.

Бар располагался в небольшом уютном переулке недалеко от центра. Возле бордюра притулились несколько иномарок, среди них черный «БМВ» с хорошо знакомым номером. «Отлично! — подумал я. — Марат на месте! Это упрощает дело!» Марат, он же Александр Маральский, старинный приятель покойного Тихона, вопреки обыкновению, был в стельку пьян. Он сидел в дальнем углу за отдельным столиком и, не закусывая, хлестал коньяк. Трое ребят из его команды держались несколько поодаль, с опаской наблюдая за мрачным лицом шефа.

— Если ты к Марату, то сегодня лучше не стоит, — поздоровавшись, предупредил один из них, кареглазый черноволосый крепыш по кличке Ворона.

— А в чем проблема?

— Мы сами толком не знаем, но он уже второй день злой как черт, того гляди укусит!

— Ладно, разберемся! — отмахнулся я, взял у бармена виски со льдом и без приглашения уселся за столик. За Маратом с давних пор оставался неоплаченный должок, поэтому я рассчитывал, что он не станет особо гавкать…