Читаем Марионетки полностью

— Они обещали сделать меня завтра таким же, — всхлипывал Владимир Николаевич. — Если я не буду работать на секту и не пройду добровольно курс зомбирования…

— Что делали сектанты с Леной? — глухо спросил Голиков, не слушая жалоб бизнесмена.

— Я толком не понял! Усадили в какое-то кресло наподобие электрического стула, надели на голову металлический шлем, били током…

В этот момент существо заурчало и принялось мочиться прямо под себя.

— Лоботомия! Ее уже не спасти, — прошептал Юрка, выхватил пистолет и, прежде чем я успел опомниться, всадил Лене пулю в лоб.

— Ты охренел?! — зарычал я, выбивая пистолет и нанося Юрке жестокий удар кулаком в лицо. Он отлетел к стене, утер ладонью разбитую губу, но драться не стал.

— Успокойся, Игорь, — печально сказал Юрка. — Это был для нее лучший выход! Если б оставалась хоть малейшая возможность вернуть девчонку в нормальное состояние, я бы последнюю рубашку с себя снял, да что там! Полжизни бы отдал. Но, к сожалению, это невозможно! У нее безвозвратно поврежден мозг, но самое страшное — другое! Бессмертная душа-то никуда не делась! Представляешь, какие кошмарные муки испытывает она, запертая в теле, уже не подвластном ее контролю?!

— Ты прав! — согласился я. — Извини!

Неожиданно Юрка уткнулся лицом в стену и зарыдал. Плечи его тряслись. Я впервые видел громилу-спецназовца в таком состоянии.

— Лена, Леночка! — еле слышно шептал он. — Бедняжка ты моя!

Наконец Голиков успокоился. Лицо его побледнело, заострилось. В глазах появился нехороший блеск.

— Ну, гуру, — прошипел он. — Ты мне за это с лихвой заплатишь!

— А тот, которому ты сломал шею, разве не он?!

— Не думаю!

— Почему?

— Маральский говорил, что ты должен знать гуру, а этого, насколько я понял, ты видел впервые.

— О ком вы говорите? — слабым голосом спросил Куракин.

— Идемте поглядим.

Мы поднялись наверх, миновали комнату, где елозили по полу связанные зомби, и остановились возле трупа «гадюки».

— Вы знаете его? — спросил я Куракина, переворачивая мертвеца на спину.

— Да, — пробормотал бизнесмен, — этот самый мучил Лену и обещал заняться мной, если гуру завтра утром не получит удовлетворительного ответа! Он член «Совета достигших»!

— Че-го?! — изумился я.

— Так называется высший орган руководства сектой «Аум Сенрикё», объяснил за Куракина Голиков. — Очевидно, здесь такая же система! Все они, сволочи, одним миром мазаны! Возглавляет секту гуру. Ему помогает шайка приспешников, она же «Совет достигших», а из остальных делают роботов. Весьма удобно!

— Ребята, пожалуйста! Увезите меня отсюда! — простонал Владимир Николаевич. — Не могу больше!

— Действительно, — согласился я. — Надо рвать когти, спрятать от греха подальше клиента и потрясти твоего дружка Ромадова. У меня большое подозрение, что он играет не последнюю роль в этой истории. — Голиков равнодушно кивнул.

На улице полностью стемнело. И заметно похолодало. В бездонном небе светились голубыми огоньками далекие звезды. На проходившей поблизости железной дороге тяжело грохотал товарный состав. Я жадно вдохнул полной грудью свежий воздух.

— Идемте скорее, — дрожа как в лихорадке, поторопил Куракин.

Я хотел было предложить ему заткнуться, но прикусил язык, вовремя сообразив, сколько бедняге довелось вынести за минувшие сутки.

Быстрым шагом миновав двор, мы уселись в машину. Бизнесмен по-прежнему трясся всем телом. Голиков угрюмо молчал.

«Однако аппетиты у гуру растут как на дрожжах, — подумал я. — Сперва хотел только прикончить Куракина, чтобы воспользоваться завещанием, а теперь требует вступления в секту, постоянной работы на себя. Очевидно, для превращения человека в зомби используют не только наркотики, но и гипнотическое внушение. Проводят определенную психологическую обработку, а здесь так же, как при продаже души дьяволу, нужно добровольное согласие „клиента“. Недаром экстрасенсы, начиная колдовать над очередной своей жертвой, первым делом требуют отключить волю и интеллект. Но почему гуру раздумал убивать Куракина? Или Иры уже нет в живых?!» При этой мысли я слегка вздрогнул, однако вслух ничего не сказал. Подозрение не есть уверенность, а Куракина и так, того гляди, кондрашка хватит! Поживем увидим! Может, я ошибаюсь? Дай-то Бог!

— Где его спрячем? — нарушил молчание Голиков.

— Оставим при себе, а то опять украдут! Кстати, — обернулся я к коммерсанту, — кто вас надоумил позвонить мне домой и откуда они узнали номер телефона?!

— Простите, — прошептал Владимир Николаевич. — Меня заставили.