– Сердечно благодарю вас, Назар Илларионович. С такими людьми, как вы, мы непременно победим.

Нехитрая похвала пришлась Шевелькову по душе. Когда профессор вышел, Звонарев криво ухмыльнулся.

Глава 8

Незапланированная записка

Эту ночь Звонарев провел без сна. Он беспокойно ворочался на жестком неудобном диване в кабинете Шевелькова, а если на какое-то время ему и удавалось забыться, то время это было совсем недолгим. Однако приходилось мириться с неудобствами. Исполнение приговора требовалось отложить до утра.

Вечером он слышал, как профессор и его супруга отправились в спальню и легли спать. Свет в смежном помещении, проникавший сквозь щелку двери, горел недолго. Точно так же он слышал, как в восьмом часу утра Назар Илларионович с женой спальню покинули. Шевельков не зашел к нему. Еще с вечера они уговорились о том, что до полудня покидать гостеприимную обитель Звонарев не должен, поскольку нужно было замести следы, чтобы сбить с толку возможных преследователей. Назар Илларионович продолжал свято верить, что таковые действительно существуют.

В начале первого пробил тот самый час, к которому Звонарев так старательно готовился. На лестнице послышались шаги и, судя по их характеру, принадлежать они должны были именно профессору. Степан осторожно достал из саквояжа тонкую капроновую леску. По опыту он знал, что данный инструмент, особенно в умелых руках, не оставляет следов на шее жертвы. Вскинув зажатую обеими руками леску над головой, убийца сместился к двери и встал рядом с косяком таким образом, чтобы вошедший Шевельков не сразу сумел его заметить. Свет из окна бил Звонареву в лицо, и он слегка прищурил левый глаз. Шаги приблизились к двери. Назар Илларионович на мгновение остановился по ту сторону. Помедлил. Затем ключ скользнул в замочную скважину и легко провернулся вокруг собственной оси. Звонарев задержал дыхание.

Дверь медленно и осторожно приоткрылась. Профессор шагнул в кабинет и растерянно огляделся.

– Степан Германович! – шепотом позвал он и сделал еще один шаг.

Этот шаг был для Назара Илларионовича последним. Леска просвистела у его головы с реденькими седыми волосами и намертво обхватила шею. Шевельков схватился обеими руками за горло, в тщетной попытке освободиться от удавки. При этом ногой он попытался лягнуть стоящего за спиной убийцу, но не попал. Звонарев с непроницаемым выражением лица продолжал неумолимо стягивать орудие убийства вокруг шеи жертвы все туже и туже. Назар Илларионович захрипел. Вены на шее вздулись и посинели. Его сопротивление с каждой минутой ослабевало. Наконец оно и вовсе прекратилось. Тело профессора обмякло и грузно осело на пол, едва Звонарев сдернул с горла леску и отступил к двери. Несколько секунд он молча взирал на дело рук своих и прислушивался к звукам в доме. Похоже, никто больше не собирался подниматься на второй этаж. Степан осторожно прикрыл дверь, присел на корточки и, разогнув пальцы убитого, забрал у него связку ключей. Оставлять тело здесь, в кабинете, Звонарев не хотел.

Почти минута ушла у убийцы на то, чтобы отыскать ключ от двери в спальню. Он отпер ее, подхватил тело Шевелькова под мышки, легко перетащил его в спальню и опустил рядом с кроватью. Снова прислушался. Тихо. Тем же путем он вернулся в кабинет, вновь запер дверь, а затем замкнул и ту, что вела из кабинета хозяина в общий коридор. Взяв саквояж и одевшись, он прошел к окну. Сад за домом профессора Шевелькова выглядел пустынным. До земли было не более двух метров. И убийца не беспокоился, что во время прыжка может покалечить себе ноги. Однако, прежде чем совершить этот прыжок, Звонареву требовалось сделать еще кое-что. Ловко соорудив на рыболовной леске хитроумную скользящую петлю, он набросил ее на шпингалет. Затем пропустил леску в щель между фрамугой. Конец ее намотал на руку. Подтянувшись, Степан ступил на подоконник, сместился влево и оказался на узеньком карнизе с противоположной стороны окна. Фрамуга захлопнулась. Убийца осторожно потянул за леску, шпингалет развернулся и упал в предназначенный для него паз. Звонарев дернул леску сильнее. Скользящая петля, распавшись, слетела со шпингалета и свободно проскользнула в щель. Звонарев усмехнулся. Подобный трюк он исполнял не раз, и при этом никогда не было сбоя.

Он спрыгнул и, чтобы не оставлять явственных следов, при приземлении, едва соприкоснувшись с поверхностью земли, тут же перекатился через голову и лишь после этого встал. Подобрал брошенный саквояж, убрал в него леску и защелкнул замок.

С чувством удовлетворения от удачно проделанной работы Звонарев, слегка подволакивая левую ногу, направился через сад в сторону Гатчинского переулка. Его уход из дома профессора Шевелькова остался никем не замеченным.

На углу Степан зашел в бакалейную лавку и попросил воспользоваться местным телефоном. Хозяин лавки даже не взял с него денег за звонок. Он набрал номер Цуревича.