Читаем Мао Цзэдун полностью

6 декабря 1955 года Мао объявил, что все частные предприятия должны перейти в собственность государства до конца следующего года, то есть на двенадцать лет раньше первоначально планировавшегося срока. На практике же в Пекине частный капитал допустил государство к управлению своими предприятиями в первые двенадцать дней нового, 1956 года. В ознаменование новой победы Мао и другие высшие руководители партии и правительства организовали 15 января двухсоттысячный митинг на площади Тяньаньмэнь. Примеру столицы поспешила последовать и периферия. К концу января 1956 года под надежным контролем партии и государства оказалась почти вся промышленность городов.

Столь ошеломительный успех стал сигналом для очередного «скачка вперед».

Объявив «правоуклонистский консерватизм» главным препятствием на пути прогресса, Мао определил новые цели. По истечении нескольких десятилетий, говорил он, Китай должен превратиться в «ведущую державу мира» и обогнать США в промышленном, техническом, научном и культурном развитии. «Я вовсе не считаю достижения Америки чем-то немыслимым для Китая. Если США производят сто миллионов стали в год, то мы в состоянии выплавлять несколько сот миллионов».

В качестве первого шага Мао призвал выполнить пятилетний план досрочно. Сельскому хозяйству ставится задача удвоить за двенадцать лет производство зерна и хлопка. Выдвинутый в последние месяцы 1955 года лозунг «Больше, лучше, быстрее» изменен на «Больше, лучше, быстрее и экономнее». «Скачущий социализм», как назвал его один европейский исследователь, стал для Мао излюбленной моделью экономического развития.

25 февраля 1956 года Никита Сергеевич Хрущев, годом ранее взявший бразды правления в свои руки, стоя в сверкающем позолотой зале Кремлевского дворца, с трибуны XX съезда КПСС известил съехавшихся со всей страны делегатов о том, что они уже давно знали, но не решались произнести вслух. Он сказал, что Сталин, чье имя приводило в трепет каждого гражданина страны, был одержимым манией преследования психопатом, что культ его личности поставил Советский Союз в войне против Германии на грань поражения, а патологическая подозрительность обрекла миллионы невинных людей на мучительную смерть в лагерях.

«Секретный доклад», как называлась речь Хрущева, был сделан за день до окончания съезда, на закрытом заседании, вход на которое для делегатов братских коммунистических партий оказался недоступен. Через неделю Дэн Сяопин и Чжу Дэ, возглавлявшие делегацию КПК, отправились домой, увозя с собой наспех переведенный экземпляр.

Принимая во внимание весьма непростые отношения Мао со Сталиным, можно было ожидать, что он будет приветствовать посмертное развенчание диктатора. Отчасти так и получилось: подобная критика, заметил Мао, «разрушила существовавший миф и распахнула самые тайные ларцы. Она принесла свободу… дала людям возможность высказывать свои мысли, не пугаясь последствий». Но лишь отчасти. В целом же Мао испытывал серьезные сомнения в правильности выбранного Хрущевым подхода. На состоявшейся в конце марта встрече с советским послом Мао много говорил о допущенных Сталиным ошибках в отношениях с Китаем и почти ни словом не упомянул о его культе личности. Наоборот, он подчеркивал, что Сталин являлся «величайшим марксистом и честным борцом за дело революции», который хотя и совершал ошибки, но лишь по «отдельным, весьма немногочисленным вопросам». Вскоре его точка зрения получила детальное освещение в передовой статье «Жэньминь жибао», озаглавленной «Об историческом опыте диктатуры пролетариата». Опубликованная почти через полтора месяца после доклада Хрущева статья впервые изложила позицию КПК:

«Несмотря на все совершенные ошибки, диктатура пролетариата для широких народных масс намного ближе и привлекательнее диктатуры буржуазии… Кое-кто полагает, что Сталин был кругом не прав, от начала и до конца. Это — глубокое заблуждение. Оценивать личность Сталина мы должны с точки зрения истории, тщательно анализируя слабые и сильные стороны великого вождя, извлекая из выводов правильные уроки. На его достижениях, равно как и на его ошибках, лежит отпечаток особенностей международного коммунистического движения, отпечаток времени».

Под руководством Сталина, подчеркивала газета, Советский Союз достиг «впечатляющих успехов», затмить которые не могут и ошибки, совершенные в последние годы жизни вождя.

Статья явилась первым шагом в медленном процессе распутывания сложного клубка взаимоотношений между двумя странами.