Читаем Манипуляторы сознанием полностью

Если отбросить географию, то Национальное географическое общество ничем не отличается от прочих конгломератов по сбору, обработке и распространению информации. Общество выпускает глобусы, атласы, карты, диафильмы, телепрограммы (в конце 1971 г. Си-би-эс демонстрировала специальную географическую программу под названием «Обезьяны, человекообразные и люди», поведавшую зрителям об истинной биологической сущности человека), фильмы, книги и издающийся для детей «Скул буллетин». Последний (издание на 16 полосах) распространяется среди полумиллиона подписчиков, в число которых входят дети в возрасте от восьми до четырнадцати лет[20]. Подобно другим конгломератам, географическое общество активно участвует в совместных коммерческих предприятиях: его телепостановки финансируются также такими «старыми друзьями географического общества», как «Этна Лайф», «Кэжуелти Иншуаренс компани» и «Энсайклопидиа Британника, инкорпорейтед» [21].

Многие успешные коммерческие предприятия отличает бурно развивающаяся многосторонняя информационная деятельность. Манипуляторы сознанием не замедлили прибрать к рукам «Нэшнл джиогрэфик» прежде всего ввиду его особого и прочного просветительско-информационного положения, опорой которому служит притязание журнала на беспристрастность и независимость суждений. Это и есть модель для программирования сознания. Идеология насквозь пропитывает журнал. Как по форме, так и по содержанию «Джиогрэфик» служит для осуществления политического управления. Ловко используя такие приемы, как комбинированная подача, скрытие и опущение информации, он навязывает читателям свое мировоззрение — «слепую веру в капиталистическую систему свободного предпринимательства» [22].

Гилберт Ховей Гроневер, бывший с 1899 по 1954 г. редактором, а затем (по 1966 г.) председателем совета опекунов, давным-давно сформулировал основные принципы политики журнала: точность, обилие иллюстраций, «избежание полемики» («...журнал освещает лишь благоприятные аспекты жизни какой-либо страны или народа») [23].

Правила эти дают «Джиогрэфик» возможность изображать мир как собрание свободных от конфликтов, приятных для посещения достопримечательностей, где время от времени возникают незначительные «беспорядки». «Беспорядками» журнал называет массовые социальные волнения, классовые конфликты и национальноосвободительную борьбу. Журнал отображает мир, который сложился до начала первой мировой войны, когда горстка западных государств распоряжалась ресурсами и народами планеты. За редким исключением, статьи журнала не содержат ностальгических воспоминаний о старых порядках, которые в ряде случаев сохраняются до сих пор. Так, например, в своем очерке «Мозамбик — край добрых людей» штатный редактор журнала Волкмен Уэнцел пишет следующее: «Я набрел на развалины старинной доминиканской миссии. Стены поросли кактусами и виноградной лозой, а через каменный алтарь пробилось фиговое дерево. Надгробные плиты и обломки причудливой купели для крещения напоминали о делах храброй Португалии в этой варварской стране» [24].

Другой штатный редактор, Джулес Б. Биллард, в 1970 г. опубликовал в журнале статью о Панаме, в которой всячески воспевал строительство канала и техническое мастерство инженеров. Вот как при этом была представлена роль Соединенных Штатов, оказывавших поддержку сепаратистскому движению с целью отделения Панамы от Колумбии и получения концессии на канал:

«Этот участок — пересекающая перешеек полоса земли шириной в 10 миль — был отдан Соединенным Штатам молодой Панамой на шестнадцатый день ее независимости. При поддержке США Панама объявила себя государством, независимым от Колумбии, в состав которой она входила со времен окончания испанского владычества в 1821 г. ...

Договор, согласно которому Соединенные Штаты получили право на строительство канала, был составлен и подписан французским инженером, выступавшим в роли посла Панамы. Договор предоставил США еще более широкие концессионные права, чем те, которые мы пытались получить в проводившихся ранее безуспешных переговорах с Колумбией. Условия договора, как выразился в беседе со мной один панамский бизнесмен, «послужили причиной негодования как по отношению к этому французу, так и по отношению к договору 1903 г. в целом» [25].

Журнал уверяет своих читателей, что негодование панамцев направлено против посла-француза, а не против американцев, обеспечивших себе «широкие» права. Что было, то быльем поросло, утверждает журнал и в доказательство приводит слова высокопоставленного панамского чиновника, который, правда, предпочел остаться неназванным: «Нам может не нравиться кое-что в вашей прошлой деятельности, но это не означает, что мы не любим или не уважаем американцев. Мы охотнее будем иметь дело с вами, нежели, скажем, с коммунистическими государствами» [26].