Читаем Манипулятор полностью

Петровский многое знал о своем секретаре. Знал, что у нее больная мать, проживающая в подмосковном поселке. Знал, что иногда к ним домой заходит сосед, бывший прапорщик, ныне успешно владеющий небольшой аптекой, в которой больше половины всех продаваемых лекарств были самодельными и фальшивыми. От них, разумеется, никто не умирал, но они также и не помогали старушкам и старикам, которые охотно покупали у бывшего прапорщика снадобья по более низким ценам, чем в дорогих аптеках, и не подозревали в этом никакого подвоха.

Новоявленный провизор имел семью и трех мордастых дочек, похожих на него, как капельки воды, но ему хотелось чего-то еще и «для души». Именно так он выразился, когда впервые пришел к соседке с самогонкой в красивой бутылке из-под виски. Тогда Инна его выгнала. Выгнала и во второй раз. Но когда он явился опять, а сын ее в это время был в школе, разрешила ему остаться. Хотя потом с отвращением мылась под душем, словно в чем-то сильно испачкалась. Прапорщик стал приходить еще и еще. Она прогоняла его и снова принимала, каждый раз моясь под душем все с большим отвращением и не желая признаться самой себе, что ей все же нравятся его грубые объятия, пахнувшие потом подмышки и жесткая щетина усов. Конечно же ей хотелось иметь рядом мужчину, хотя бы на время, и хотя бы такого, на которого в иной ситуации и не посмотрела бы.

Петровский все это знал. Но никогда не говорил с Инной о ее личной жизни.

Взглянув на часы, он нахмурился. Паша уже должен бы позвонить из Курска. Он выехал туда, чтобы на месте обеспечить прохождение нужного кандидата в депутаты Государственной думы. Агентство Петровского было известно всей стране не только своей аналитической деятельностью, а скорее практическими достижениями по выдвижению нужных кандидатов и гарантированному их избранию, которых оно всегда добивалось. Вот и теперь нужно было помочь местному курскому бизнесмену Сергею Качанову стать законодателем.

Бизнесмен имел две судимости и очень был похож на бандита, какими их обычно изображают в кинофильмах и карикатуристы. Бычья шея, выпученные глаза, короткая стрижка, уши, расположенные гораздо ниже бровей, что указывает на несомненную «интеллектуальную одаренность»… Но Петровского не интересовали его антропологические особенности. Приехавший к нему Качанов пообещал заплатить два миллиона долларов за свое гарантированное прохождение в депутаты. И он с удовольствием согласился с ним поработать.

Двести тысяч долларов ушло на подкуп чиновников в аппарате губернатора, чтобы они согласились с кандидатурой Качанова. Еще несколько сот тысяч — на взятки должностным лицам в Москве. Бизнесмен срочно вступил в правящую партию и вообще стал одним из столпов этой партии в Курской губернии. Оставалось подобрать ему нужного соперника и обеспечить избрание.

Одного соперника нашли сразу — придурковатого учителя истории из близлежащего к городу села, этакого чудака из тех, кто в молодости увлекается якобинскими идеями, а потом на всю жизнь остается восторженным поклонником левых взглядов. Его выдвинули местные коммунисты, и Петровский помог им деньгами, чтобы обеспечить нужную рекламную компанию. Второго соперника нашли по тому же принципу — журналиста местной газеты, выходящей тиражом в тысячу экземпляров. Газета почти не раскупалась, а журналиста не уважали даже в собственной семье. Его супруга достаточно часто и громко рассказывала, как неудачно вышла замуж за человека, не способного обеспечить семью маломальским приличным доходом. Сама она работала парикмахершей и была на хорошем счету у местных жителей.

Журналист слыл, конечно, демократом, всегда голосовал за демократические партии. Но поскольку жители Курска и области с большим удовольствием отдавали свои голоса за коммунистов, у него не было никаких шансов быть избранным в отличие от сельского учителя. И хотя Петровский был уверен, что полностью контролирует ход предстоящих выборов, он решил на всякий случай подстраховаться, вовремя подсказать избирательной комиссии, что несчастный учитель в описи своего имущества не указал принадлежащего ему покосившегося сарая рядом с домом. Дело, разумеется, передали в суд, который и снял опасного соперника с выборов. Несмотря на грозные жалобы коммунистов, судья, получивший двадцать тысяч долларов, согласился с доводами избиркома.