Корпорации с их собственными целями и средствами, с их географически разбросанными офисами, закрытыми каналами коммуникации, в основном недоступными для внешнего мира, в том числе и для властей, – еще один существенный пример виртуального сообщества. В сущности, многие авторы киберпанковской (не шифропанковской) фантастики ошибочно, на мой взгляд, полагают, что в будущем власть сосредоточится в руках транснациональных мега-корпоративных «государств». Корпорации – всего лишь один из примеров виртуального сообщества, которое будет находиться на равных правах с государством. (Обратите внимание на то, что законы, ограничивающие использование крипто, немедленно влекут за собой глубокие проблемы для корпораций, и когда в таких странах, как Франция и Филиппины, была предпринята попытка ограничить использование крипто, корпорации ее проигнорировали. Любая попытка объявить крипто вне закона вызовет волну непредсказуемых «слияний», и таким образом новым членам корпораций будет обеспечена защита корпоративных секретов.)

В академических кругах существуют сообщества исследователей – «невидимые колледжи». Эти виртуальные сообщества обычно «непрозрачны» для посторонних. Попытки получить доступ к внутренним делам этих сообществ очень редко бывают успешными. Правоохранительные и разведывательные организации, такие как Агентство национальной безопасности в США, Чобецу в Японии, SDECE во Франции и многие другие, могут проникать в такие группы и вести электронное наблюдение для надзора за подобными виртуальными сообществами. Неудивительно, что эти сообщества быстро приняли на вооружение технологии шифрования, начиная от шифрующих мобильных телефонов и заканчивая полнофункциональным PGP-шифрованием.

Использование шифрования «плохими» группами, например, изготовителями детской порнографии, террористами, врачами, незаконно делающими аборты, или противниками абортов, – аргумент, постоянно приводимый теми, кто стремится ограничить гражданский доступ к инструментам шифрования. Мы называем такие группы четырьмя всадниками инфокалипсиса, так как они зачастую являются причиной, по которой обычные граждане государства не могут получить доступ к крипто.

Ясно, что по многим существенным причинам это очень опасный аргумент. Фундаментальное право на свободу слова – это право говорить на языке, возможно, непонятном соседям или властьимущим, на зашифрованном языке. Здесь недостаточно места для детального обсуждения большого количества веских аргументов против ограничения хранения частной информации и доступа к средствам коммуникации и крипто.

Появление полнофункциональных систем коммуникаций будет иметь еще более глубокие последствия для компьютеризированных виртуальных сообществ. MUDs и MOOs (мультипользовательские домены и т. д.) и трехмерные виртуальные реальности, с одной стороны, и текстовые сетевые коммуникации – с другой. Однажды в недалеком будущем они сольются, как описано в пророческом романе Вернора Винджа 1980 года «Истинные имена».

Возможность наблюдения и слежки

Интересно взглянуть на вопрос о сетевой видимости с точки зрения прозрачности узлов и каналов, связывающих эти узлы. Прозрачный – значит видимый для посторонних, возможно, для сил правопорядка или разведки. Непрозрачный – значит непроницаемый, невидимый.

♦ Открытка прозрачна, письмо в конверте непрозрачно.

Изобретатель PGP Фил Циммерман сравнил требование прозрачности с приказом использовать открытки для всей корреспонденции, где шифрование подобно запечатанному конверту (конверты, безусловно, можно вскрывать, – так было всегда).

♦ Прозрачные каналы и узлы – норма для полицейских государств, таких как бывший Советский Союз, Ирак, Китай и многих других.

Каналы коммуникации просматриваются, а частное использование компьютеров ограничено. Однако это становится сложным даже в полицейских государствах; многие называют распространение средств коммуникации непосредственной причиной коллапса коммунистических государств в последние годы.

Существует интересная «химия» или «алгебра» прозрачных каналов и узлов в сравнении с непрозрачными. Что произойдет, если каналы прозрачны, а узлы нет? Ответ: то же самое, как если бы непрозрачными были и каналы и узлы, – вот они, результаты сильной крипто. Следовательно, любая попытка запретить криптокоммуникации, пока существуют процессоры, принадлежащие частным лицам, обречена…