Читаем Мама Белла полностью

Прежде всего следует отметить, что поселок Тараса -- как бы миниатюрная модель России с ее национальной многослойностью. Основных "слоев" в поселке три -- буряты, русские, татары. На деле никто никогда ни в поселке, ни в районе не мучался над вопросом: быть или не быть национальной культуре русских, бурят или татар? Организовывались какие-то случайные национально-окрашенные мероприятия, праздники, проходившие раз в год и заканчивавшиеся или, напротив, начинавшиеся пьянкой. Оторванное от литературных источников владение родным языком, который от десятилетия к десятилетию "высыхал", как беспощадно высыхают даже большие реки или озера, если не подпитываются ручьями, речушками. Родной язык становился неинтересен, вял, отторгался из жизни, прежде всего, конечно, молодежью. Национальную одежду с ее особенной, формировавшейся веками философией орнамента и покроя можно было увидеть только в поселковом музее и весьма редко на заканчивающих свой земной путь стариках.

Но вот радостный парадокс-надежда, на который мы натолкнулись, исследуя социокультурную ситуацию в районе и в той же Тарасе: как медведь в глубокой берлоге, жила и живет -- но спала дремучим сном, только мало-мало шевелилась! -- тяга к своему национальному жизнетворчеству -- языку, одежде, танцам, орнаменту, философии, религии, кухне, агротруду. Так и ждешь: спит, спит медведь, довольствуясь сосанием лапы, да вдруг очнется, рявкнет и --полезет на волю.

Однако медведь -- спит. "Не умер ли? -- досадуем мы. -- Дышит!"

Так порой и национальная культура: мощная, как медведь, но -- спит, ждет какого-то часа пик или того, кто ее растолкает.

Мы убеждены, что без усилий по разбуживанию национального самосознания, без шагов, действий общественности, государственных органов, сельского мира -- спать нации медведем веки вечные, разлагаться и смердеть. Кто знает, может и не сработать инстинкт самосохранения. Надо будить! Звонить в колокола общественного мнения, стучать в трещотки межпартийной борьбы -- не померли бы "медведи" в своем сонном и нередко пьяном оцепенении.

Итак, очевидное и радостное -- тяга к возрождению своей национальной культуры, языка живет. В Тарасе мы даже большее увидели: русские неплохо владеют бурятским или татарским языком; всем селом отмечают национальные праздники. С учетом этих "тяг", предрасположенностей и была разработана программа по развитию национальных культур бурят, русских, татар и очерчены методы гармонизации их сосуществования.

Пройдемся по программе с анализом конкретных шагов. Главное -- был создан на базе Тарасинского методического куста, формально и малоэффективно объединявшего среднюю и три начальных школы, Тарасинский образовательный комплекс с развитием национальных культур -- такое у этого нового управленческого, организационно-педагогического, научно-методического, финансово-хозяйственного и просветительского организма официальное название. Также в него вошел детский сад. То есть если раньше начальные школы и детский сад развивались порознь, а чаще всего вообще не развивались, выпуская в среднюю школу слабо подготовленных детей, то теперь все объединены в одну крепкую упряжь учебно-воспитательного плана, в один финансово-хозяйственный механизм -- все проблемы любого учреждения комплекса решаются таким своеобразным педагогическим миром, исполняет решения которого директор комплекса. Под педагогическим контролем находится вся система подготовки детей от детского сада и до выхода из средней школы. Комплексность и непрерывность образования пропитали, охватили собою все: изучение конкретных предметов, вхождение и углубление детей в мир национальных ценностей, освоение языков -- как своего родного, так и народа-соседа, освоение трудовых навыков скотовода и землепашца. И все это от детского сада и выше, выше.

Мы опасались: будут ли охотно изучать русские и татарские дети бурятский язык? Со взрослыми, к слову, несколько иная картина: их быт и тесные трудовые контакты порой подталкивали осваивать бурятский. Нам теперь совестно за свои опасения. Дети с еще незамутненными и не отравленными в условиях глубинного села душами деловито, с крестьянской основательностью своих родителей и старанием принялись за нелегкое дело освоения языка коренного народа -- народа-соседа, народа-брата. И опять напомним: с детского сада и выше, выше -- да, верим, потом они пойдут по жизни со своим благодатным разноязычием. Татарский язык, кстати, изучается факультативно, но к нему не ослабленное внимание, не второстепенный он в языковой системе Тарасинского комплекса. Просто желающих изучать его пока мало. Предпочтительнее -- бурятский и русский.